ФОРПОСТ МУЗЫКАЛЬНОЙ АНАЛИТИКИ
АЛЕКСЕЯ ИРИНЕЕВА (МУЗЫКАЛЬНЫЙ ЖУРНАЛИСТ)

50 оттенков жёлтого или возвращение к истокам. Интервью с группой The Morningside

The Morningside

28-06-2016 Алексей "Astarte Eel" Иринеев

Я не знаю, кому чего не хватает этим летом, а вот лично мне не хватает осени… Яркая зелень листвы, потные полунеодетые люди повсюду, нереальная назойливость мух, комаров и прочих мелких пакостей и адская духота как нельзя лучше напоминает о том, что Осень – любимое время всех поэтов и думстеров – намного более нежна, аристократична и прекрасна. The Morningside – легенда отечественного melancholic doom из Москвы, которая существует в общей сложности вот уже 20 или около того лет (мнение музыкантов и официальных источников на этот счёт различается), а аккурат в первый день лета 2016 представила нашему вниманию эпик своего творчества – превосходный альбом “Yellow”, который буквально пропитан осенней меланхолией и прогрессивными задумчивыми мелодиями. Сегодня у нас в гостях весь состав этой капеллы, благодаря чему интервью получилось поистине феерическим! – очень эклектичным, ироничным, синкретичным, лоскутным и просто интересным. Вы ещё не верите, что думстеры со стажем могут быть весёлыми и жизнерадостными? Тогда обратите внимание на тот текст, что виднеется внизу, и вы поймёте, что это не так.

 — Приветствую, The Morningside.

 The Morningside: Добрый день, Алексей!

 —У вашей группы долгая и славная история, давайте вкратце пройдёмся по основным вехам вашего творческого пути. Какие три основных момента вы считаете важнейшими для становления современного The Morningside?

Сергей: На самом деле, их, как минимум, четыре.
Первое: создание Лео Фендером цельнокорпусной электрогитары...

Илья: Катушки индуктивности, активность мозговых клеток и нервных окончаний...

Игорь: Наличие в нужный момент алкоголя у одних членов группы, и его отсутствие в ненужный момент у других.

Борис: Первое: то, что мы встретились. Шансов было крайне мало, но мы это сделали.
Второе: то, что мы до сих пор терпим друг друга. Третье: нам всегда было интересно заниматься тем, что мы делаем.

Илья: ... и закон неустойчивого равновесия.

— Расскажите о составе, в каком сейчас функционирует группа.

Сергей: Не помню, как их всех зовут. Пусть вон тот с бородкой расскажет.

Илья: Состав, в котором функционирует группа, крепок, насыщен и обладает ярким букетом. Иногда может приближаться по свойствам к жидкому азоту или, наоборот, к нитроглицерину.

Игорь: Иван Арнольдович, покорнейше прошу, пива Егорычеву больше не предлагать. Состав — прежний...

Борис: С 2007-го года, тьфу-тьфу-тьфу, не менялся.

Игорь: ...Борис Сергеев — барабаны, Илья Егорычев — бас, Сергей Челядинов — гитара, Игорь Никитин — гитара, вокал.

— Почему вы решили назвать свой новый альбом “Yellow”? Это стремление быть оригинальными, или это слово означает для вас нечто особенное?

Борис: Вы же видели обложку? Было бы странно, если бы он назывался "Green" или "Red" :).

Сергей: Мы подумали, что будет очень оригинальным, назвать альбом так же, как у The Beatles — "Yellow Submarine". Но на обложке уже был нарисован трамвай. Пришлось сделать просто "Yellow", так как никто из нас не знает, как по‑английски "трамвай".

Илья: Да, именно так. Мы вовремя остановились — даже в оригинальности необходимо знать меру. А то, не ровен час, мог появиться альбом "Brown" или "Yellow Snow".

Игорь: Вообще мы сразу решили, что в названии альбома должно быть только одно слово. Все предыдущие назывались довольно длинно. Вот даже Treelogia — это не просто Treelogia, а "The Album As It Is Not". Было несколько вариантов. Сергей, например, предлагал "There", т.е. - "Там", что туманно перекликается с основной темой альбома. А у меня практически сразу было общее представление о том, как всё должно выглядеть. Включая трамвай. И каким должен быть цвет всего этого. Ну, и название само собой напрашивалось. Плюс — приятная аллюзия с "Белым" альбомом The Beatles получается. И "Yellow Submarine" — тоже рядом. Они ребята крутые, у них подлодка была. А мы — пока проще; у нас трамвайчик. Так вот и сложилось всё.

— Почему на обложке именно трамвай? Что он призван символизировать?

Сергей: Если чуть упрощенно — это трамвай, на котором лирический герой перемещается во времени. Не стоит воспринимать это слишком буквально. Многое в альбоме связано с детскими воспоминаниями. Один из ярких образов родом из нашего детства — жёлтый трамвай.

Игорь: И парк.

Сергей: Трамвай фигурирует как в "As A Pilgrim", так и в "Depot Only". В первой — это что-то, с одной стороны, достаточно эфемерное, с другой стороны — нет. Герой начинает путешествие по своим воспоминаниям. И не только детским. Он может делать это в любой момент — оказаться далеко-далеко отсюда, сев в этот воображаемый трамвай. В "Depot Only" — это уже вполне нормальный трамвай. Последний. Идёт он в депо, больше трамваев не будет. Начинается дождь. Дальше лирический герой идёт пешком. К какому-то своему будущему. Нет смысла пытаться рассказать больше — это уже будет какое-то препарирование. Даже если просто загнать тексты в google-переводчик, то станет примерно понятен общий посыл альбома. И место в нём трамвая.

Igor The Morningside

— Есть такой классический фильм с Вивьен Ли "Трамвай «Желание»", такое чувство, что ваш трамвай — это не трамвай желаний, а трамвай печали. Куда движется это транспортное средство, и куда оно должно привезти ваших слушателей?

Сергей: Нет, ну уж если вспоминать об этом фильме, то главную героиню там сначала долго унижали, потом изнасиловали, а потом отправили в дурдом. Так что, пожалуй, у нас— трамвай печали: на фоне "Желания" — это несколько более позитивный вариант.

Игорь: Да— это трамвай печали, возникающей от того, что наши желания не соответствуют возможностям.

Илья: ...желания есть, но рельсы не всегда проложены в том направлении.

Борис: Да, "Трамвай – желание"! Желание перенестись, например, в прошлое — где ты молод, где мама жива, жизнь прекрасна, и всё впереди. Трамвай — самый архаичный вид общественного транспорта из ныне существующих. В будущее на нем заглянуть сложно, а вот в прошлое — только в путь! Отсюда и легкие ностальгические нотки.

Игорь: И нелёгкие — тоже.

— Выпуск осеннего альбома в мае — это своеобразная ирония или ностальгия?

Сергей: Это было связано с графиком релизов нашего лейбла.

Борис: Это производственный процесс.

Сергей: И с тем, что мы записывались слишком долго, чтобы выпустить альбом осенью 2015, но слишком быстро для осени 2016. И, кстати, Игорь вообще думал, что май – это тоже осень, зря Вы его сейчас расстроили. Мы-то ему не говорили ничего.

Илья: Никакой иронии! График — графиком, но мы должны завоёвывать новые рынки — альбом выпущен в самый разгар австралийской осени.

— Почему на “Yellow” вы решили вернуться к истокам? Захотелось порадовать старых фэнов или самих потянуло на классику?

Сергей: Не думаю, что у нас была мысль куда-то возвращаться. Мы даже никуда не уходили. Если под "уходом" подразумевается "Letters…", то просто у нас был материал, который по характеру довольно сильно отличался от первых двух (или — трёх, кто как считает) альбомов, и мы хотели его записать. Что и сделали с удовольствием.

Игорь: И сейчас есть немало материала, который не похож ни на что из того, что уже было на наших альбомах. Рано или поздно мы тоже захотим его выпустить. Это не будет ни уходом, ни возвращением.

Илья: Дожили... у нас появились "истоки" и "классика". На горизонте забрезжили призраки канонов, пахнуло формалином и возникла угроза мумификации.

Игорь: "Абрикосовая дала обильную пену, и в воздухе запахло парикмахерской".

Борис (Игорю): А это здесь при чём?

Игорь (Борису): Тоже — классика.

— Как считаете, в чём главное отличие новейшего полноформатника от вашей предыдущей работы и от других работ?

Сергей: Ни на одном из предыдущих не было трамвая. Это не давало нам покоя. Теперь мы абсолютно спокойны.

Илья: Главное отличие "Yellow" от всех предыдущих в том, что — это, может и небольшой, но шаг вперед. Как, впрочем, и каждая наша работа в сравнении с предшествующими.

Игорь: Тут другие песни. На предыдущих таких не было.

 — Почему новый релиз вышел таким инструментальным и контрастным?

Илья: Вряд ли он получился более контрастным чем "Letters...", и уж точно не более инструментальным, чем даже одна "Trees Part 3" из "Treelogia".

Сергей: Мне он тоже не кажется таким уж контрастным. Так — 50 оттенков жёлтого :). И, вроде бы, он не более инструментальный, чем все остальные. За исключением предыдущего, разве что.

Борис: А выходил он довольно легко! Спасибо ему за это 🙂

— Как вы сами определяете на данный момент свой стиль?

Игорь: The Morningside.

Илья: Либо так, либо — Melancholic Metal. Хотя, с таким количеством мажора (в хорошем смысле, конечно))... только The Morningside!

Борис: Точно.

Сергей: К бабке не ходи.

— Какую функцию в вашей музыке выполняют элементы прогрессива?

Сергей: Прогрессивную.

Илья: ...и вдумчиво исполненную.

Борис: Элементы выполняют вдумчиво исполненную прогрессивную функцию? И с этими людьми я связал свою жизнь?

Игорь: А с кем бы ты хотел ее связать, — с теми, у кого и этого нет?

03 - Sergey

— Не боитесь, что ваш настолько гитарно ориентированный дум отпугнёт поклонников более традиционных дум-групп?

Сергей: Мы не из пугливых.Да и зачем нам поклонники каких-то других групп?!

Илья: Немного не соглашусь с Сергеем — мы рады всем, кому нравится наша музыка! А для колеблющихся на грани отпугивания у нас есть атмосферно-звукоэффектные и клавишные заманушки :).

— О чём ваши тексты? Насколько они сочетаются с общим настроением пластинки?

Сергей: Наши тексты — о любви. И, конечно же, мы надеемся, что они абсолютно сочетаются с общим настроением; тем более, что они – часть этого настроения. Даже "Out Of Nest" — о любви, если вчитаться и прислушаться, хотя это довольно мрачная песня вообще-то. Про "As A Pilgrim" я уже упоминал, "Depot Only" говорит о том, как всё скоротечно — детство, которое казалось бесконечным,  юность, когда только начинаешь задумываться о своей возможной роли во всём этом "театре", глядь — а занавес уже опускается. "Clocks" — приблизительно о том же. "Missing Day"...  лично для меня — это воспоминание о вполне конкретном дне и моём ныне покойном друге. Но ничего такого буквального и конкретного там, естественно, не содержится. Светлая песня.

— Люди, которые сочиняют и исполняют дум на протяжении более 20 лет, какие они в жизни? Дум для вас это стиль жизни, мировоззрение или что-то ещё?

Сергей: Что-то еще. Лично я вообще не уверен, что это дум. По-моему, всё равно, что это. Просто Игорь что-то придумывает, мы это играем, и получается вот так.

Илья: В жизни мы, практически, не отличаемся от нормальных людей. Дум для меня — одно из направлений музыки. Кстати, наивно предполагал, что играю не его, но — не суть. Почему 20 лет? Вроде всего 10 (плюс-минус), или в думе год за два?! 🙂

Борис: Из-за того, что кое-где написано, что группа с начала девяностых существует. А мы-то отсчёт ведём с 2006-2007, — с начала периода совместной активности. Но с вами год за два — это точно.

— Как вы впервые познакомились с музыкой в стиле doom? Каким группам вы могли бы сказать "спасибо за наше заDoomчивое Deathство"?

Сергей: В начале 90-х. Tiamat, Paradise Lost, Katatonia, My Dying Bride. Вот то, что я помню отчётливо. Где-то года с 95-го активный интерес стал постепенно пропадать.

Илья: Может показаться странным, но первые отголоски дума я услышал в музыке Black Sabbath (они, наверно, тоже никогда бы не подумали что его играют), потом познакомился с Candlemass, Paradise Lost, Tiamat, Anathema и Amorphis. Но дальше ушел совсем в другую степь.

Игорь: С музыкой doom я познакомился очень давно, знакомство было коротким. Мне принесли послушать кассету с записью какого-то альбома как раз таки группы Black Sabbath. Эта запись мне не понравилась. Потом я стёр её, записав вместо неё что-то другое. Спустя несколько лет я узнал о том, что это был настоящий doom-metal.

Сергей: На самом деле это был настоящий Black Sabbath!

Борис: Весь металл вообще прошел мимо меня. Я никогда его целенаправленно не слушал. Последние десять лет знакомлюсь точечно с какими-то отдельными альбомами. В основном — благодаря Игорю). А еще — благодаря рецензиям, где упоминаются разные команды, в подражательстве которым нас упрекают. Интересуюсь, слушаю. Многое нравится. Было бы неприятно, если бы обвиняли в подражательстве чему-нибудь гнусному)).

— Какие из этих групп по-прежнему радуют, вдохновляют и находятся в списке Ваших фаворитов?

Игорь: Пожалуй, лично в моём списке фаворитов уже давно не находится ни одна группа из причисляемых к каким-то новым ответвлениям doom. Раньше в этом списке были такие коллективы, как Paradise Lost, My Dying Bride и Katatonia, но вся эта музыка мне уже давно надоела.

Сергей: Я относительно недавно послушал последний Paradise, причём кое-что — с большим удовольствием. На этой волне переслушал их "Gothic" и "Shades Of God". На этом всё завершилось. До сих пор слушаю некоторые вещи Tiamat.

Илья: Да, свежий Paradise произвел впечатление, но из доселе радующих могу назвать только их же "Draconian Time" и Tiamat'овский "Wildhoney".

Борис: Поскольку, как я уже сказал, в данной ситуации "по-прежнему" — не мой случай, могу только просто в целом сказать о своих пристрастиях: список крайне велик и контрастен —от Баха до Yes, от delta blues — до ABBA.

Сергей: Звучит, конечно, странно, но действительно никто из нас особо не интересуется тем, что принято называть "думом", а в итоге играем мы, возможно, именно что-то вроде него.

— Вы играете уже более 20 лет. Что считаете своим главным достижением за этот солидный период?

Сергей: Возможно — сам факт того, что мы играем уже более 20 лет, и нас до сих пор никто за это не придушил. Хотя, если говорить конкретно о The Morningside, то более 20 лет играет только Игорь. И это, кстати, никак не упрощает вопрос о том, почему его еще никто не придушил.

Илья: Главное достижение в том, что за эти годы сыграно много хороших нот, но отнюдь не все — есть еще хорошие ноты в запасниках! Ну, и что обошлось без придушения, конечно. 🙂

Борис: Лично я уже играю столько, сколько некоторые не живут! А с The Morningside – около 10 лет. Считаю главным нашим достижением, что то, что мы делаем, интересно еще кому-то кроме нас самих!

04 - Boris

— Будете ли отмечать юбилей? Что особенного подготовите для фэнов?

Илья: Возможно повторюсь — мы очень благодарны нашим фэнам за то, что они у нас есть; поэтому, по мере сил, стараемся их периодически чем-либо баловать. И, естественно, если будем отмечать какой-нибудь юбилей, подготовим для них что-то особенное! Но если открыть секрет уже сейчас, то и секретность, и особенность — псу под хвост :).

Борис: Юбилейных торжеств не планируем, Кремлевский Дворец арендовать не собираемся. Если получится, то удастся выпустить переиздание дебютного альбома на виниле.

Игорь: Ну и в чём теперь секретность и особенность?

Сергей (Игорю): Про бокс-сет и французов он же ничего не сказал, чего ты переживаешь?

— Если говорить о целях и о том, чего только хотелось бы достичь, что у вас в ближайших планах?

Сергей: Хотелось бы записать следующий альбом. Возможно — Белый.

Илья: Вообще хотелось бы достичь совершенства, а в ближайших планах, — как правильно сказал Сергей, — записать и издать следующий альбом.

Игорь: Следующие три.

Борис: Хотя бы два с половиной.

— Планируется ли тур в поддержку “Yellow”? Какие города планируете посетить?

Илья: Ахах!!! Пока ничего определенного ответить не получится.

Игорь: Получится: не планируем.

Сергей: Хотя, хотелось бы в Электроугли съездить. Говорят — красивый город.

Борис (Сергею): Это ты с Электросталью путаешь.

— Какой город предположительно изображён на обложке “Yellow”.

Сергей: Это мы знаем совершенно определённо. И улицу тоже.

Илья: ...и пусть это пока останется секретом. Возможно, устроим конкурс на эту тему.

Игорь: Пардон, но не устроим :). Я уже говорил где-то. Это — Москва, Измайлово. Улица Щербаковская.

— Кто был автором обложки?

Илья: Автором концепции — Игорь. А воплотил это все в реальность Alex (MAYHEM PROJECT).

— Как считаете, в каком городе ваша музыка звучала бы наиболее аутентично: Флоренция, Венеция, Амстердам, Лондон, какой-то другой город?

Сергей: Никто из нас никогда не был ни в одном из перечисленных городов, поэтому мы представления не имеем, какая музыка звучит там наиболее аутентично. И как там будет звучать наша — тоже. Пока, на мой взгляд, наиболее аутентично она звучала в Казани и Вологде.

Илья: В этом, считаю, наша главная проблема — мы абсолютно аутентичны или мимикричны, — кому как больше нравится. Везде звучим, будь то Казань, Вологда, Орел, Ростов‑на‑Дону, Санкт‑Петербург или Москва.

Игорь: Эх, были бы все наши проблемы именно такого рода...

Борис: В любом уголке мира, где люди, увидев нашу афишу, придут на концерт.

— Как считаете, что такое дум? Какова философия и концепция этого стиля?

Сергей: Лично я согласен с тем, что написано в Wiki-педии. Что бы там ни было написано. В любом случае — это какой‑то ярлык, который на что‑то навешен, а вокруг — бесконечные споры о том, что же именно соответствует этому ярлыку.

Илья: Как я сказал выше — это одно из направлений музыки. Если дум помогает кому-то отдохнуть и расслабиться, порадоваться или погрустить, помедитировать, зарядиться энергией и позитивом или сбросить негатив — это здорово, пусть так и будет. К чему теологические и научные исследования?

Игорь: Это компьютерная игра.

— В повседневной жизни вы всегда только серьёзны и мрачны или находится время для шуток и стёба?

Сергей: Помнится, как-то одна девушка спросила, часто ли мы сочиняем песни на кладбище. Так вот – постоянно мы их там сочиняем. А, как Вы понимаете, кладбище – не место для шуток и стёба. Так что мы предельно мрачны. Или, как минимум, возвышенно печальны. Примерно как сейчас.

Илья: Да, все верно. И это, как раз, то немногое, что отличает нас от нормальных людей.

Борис: Скорбные щачла и сложные щи — это точно не наше.

Игорь: Шуткам— время, потехе — час.

Илья: ...а стёбу — всё остальное.

05 - Ilya

— Можете рассказать какой-нибудь забавный или курьёзный случай, произошедший с кем-то из участников вашей группы?

Сергей: Можем. Но Вы не сможете это опубликовать.

Илья: Ну, только если один публикабельный, но уже известный факт, — он упомянут на нашем сайте www.themorningsideband.com. Находясь отнюдь не в апогее своей возвышенной печали, я чуть не был оставлен в другом городе, а все из-за предельной мрачности коллег.

Игорь: Это не из-за мрачности. Просто мы все уже были сконцентрированы на отъезде, а Илья не сконцентрировался.

— Классический традиционный дум сейчас уже далеко не так популярен, как вы считаете, с чем это связано?

Игорь: Сдаётся мне, что "неклассический" и "нетрадиционный", тоже не особо популярен. Есть сформировавшиеся рамки восприятия музыкальной продукции (обзовём это так) для основной части людей. Вот если придёт, например, к власти в какой-нибудь стране некий сумасшедший диктартор – металлюга, и из каждого утюга начнут крутить исключительно что-то вроде Carcass или, хотя бы, тех же Opeth, люди пообвыкнутся и смирятся как-то. Нравиться им это начнёт массово. Потихоньку.

Сергей: Имхо, есть музыка, которая изначально легче ложится на ухо. Я, например, не могу часами слушать что-то тяжелее классического хард-рока, а вот Zeppelin, Queen, Beatles, Genesis, Travis, Jethro Tull, SRV и т.д. и т.п. могу слушать сколько угодно. И нравится мне это больше. В разы причём. И всегда больше нравилось.

Илья: По-моему, все чрезвычайно логично и предсказуемо не только с думом, а в принципе.

Как только появляется какое-либо новое направление, сразу вспыхивает интерес, рождается куча последователей и суб-направлений. Через какое-то время интерес утихает, популярность снижается, но, если за период жизнедеятельности было создано что-то стоящее, стиль не умирает, какое-то количество слушателей сохраняется и не исключена возможность возрождения. Похоже на волны.

Борис: Вот пойдёт волна, а у нас уже и подводно-трамвайная лодка наготове. Поднимем якорь, и рельсы - в воду!

— Вам не кажется, что ваша новая пластинка в том числе и своей обложкой делает шаг в сторону от чистого дума и приближается просто к красивой и атмосферной музыке для души? Вам хотелось бы повторить путь, который прошли Anathema и Katatonia?

Сергей: Мы просто играем музыку от души.

Игорь: Для души, или для чего она — кто знает?

Борис: Тем более, было бы странно задаваться целью пройти чей-то путь. Термин "атмосферный" — не менее мутный, чем термин "дум". Не думаю, что эта обложка – больший шаг в какую-то сторону, чем обложка дебютника или "Treelogia". Даже не прыжок на месте. Просто отличная обложка именно для этого альбома.

Илья: Если мы когда и играли дум, то только "грязный"! Уйеее, детка!))) Точно не хотим повторять чей-то путь. Даже если он идеально хорош и покрыт лавровыми венками — это скучно!

— Вы считаете себя частью андеграунда или хотели бы стать стадионной и массово востребованной группой?

Сергей: Мы безусловно считаем себя частью андеграунда, так как точно не являемся стадионной и массово востребованной группой. Мы хотели бы играть такую музыку, которая нравилась бы как можно большему числу симпатичных людей, и делала бы их счастливее и добрее. Если это еще и приносило бы какой-то вменяемый доход — было бы вообще чудесно.

Илья: "...мы — дети галактики"! О чем это я?! 🙂 The Morningside - группа стадионная и массово-востребованная. Только в нано-масштабе.

Борис: Куда приглашают — там и играем. Пока были только клубы — и маленькие, и большие. Пригласят выступить на стадионе — думаю, не потеряемся.

06 - all

— Уже есть наработки, которые войдут на будущий альбом?

Сергей: Есть. Даже для второго и третьего будущих альбомов их предостаточно. Авторский гений Игоря — неистощим. Ну, и мы всегда готовы подсобить.

Игорь: Это — совместный гений.

— Материал “Yellow” звучит почти идеально. Не думаете, что это пик и выше уже некуда?

Игорь: Это было бы слишком грустно. Но — спасибо! 🙂

Сергей: Не думаем. По нашим ощущениям, мы пока пешком под стол ходим, но еще подрастём и сможем добраться до антресолей.

Илья: ...без стремянки. А там, на антресолях — соленья всякие, заготовки, соки, компотики... Это ж какие перспективы откроются!

Борис: Нет предела совершенству! Мы учимся – сочинять, играть, записывать. Нам есть еще к чему стремиться.

— В какую сторону планируете двинуться на своём новом релизе? Каким изменениям подвергнется музыка? Станет ли больше чистого вокала или больше инструментальных партий?

Сергей: Двинемся в сторону зимы. А музыка станет теплее. И это почти не шутка.

Илья: Как говорил чуть выше — движемся мы только вперед. В сторону зимы — это да. А уж куда нас это движение дальше занесет — пока рано даже думать.

Что бы вы хотели пожелать тем, кто вас поддерживает?

Сергей: Хотим пожелать им сил. Они им потребуются, чтобы поддерживать нас и дальше. Мы тяжёлые и скользкие.

Илья: Хочется от всей души их поблагодарить за поддержку и терпение! А пожелать добра и счастья!

Борис: Всего самого доброго этим прекрасным людям, а также их родным и близким!

Игорь: Присоединяюсь ко всему сказанному.

— Спасибо за интервью!

The Morningside: Взаимно, Алексей!

Алексей "Astarte Eel" Иринеев