ФОРПОСТ МУЗЫКАЛЬНОЙ АНАЛИТИКИ
АЛЕКСЕЯ ИРИНЕЕВА (МУЗЫКАЛЬНЫЙ ЖУРНАЛИСТ)

"Одному дьяволу известно о снах самоубийц" Интервью с Tyler Durdenn

20-01-2020 Алексей "Astarte Eel" Иринеев

Дебютный альбом этой молодой воронежской команды называется “Сны самоубийц” и представляет собой, наверное, самый концентрированный и депрессивный из всех возможных вариантов реализма, который только возможен. Историкам литературы известен мистический реализм, магический реализм, метафизический реализм, наконец, но TYLER DURDENN своим творчеством являют нам реализм совсем иной - циничный и жестокий, да и могло ли быть иначе, если принять во внимание, что своим названием группа обязана Чаку Паланику и его “Бойцовскому клубу”? Обо всём об этом, а также о совсем неожиданных вещах, оттенках чёрного и снах самоубийц читайте в нашем сегодняшнем интервью с музыкантами.

Алексей: Доброго времени суток, Дмитрий и Антон! Представьте ваш коллектив и расскажите, почему вас стоит послушать?

Антон: Алексей, Виктория, добрый день! Проект TYLER DURDENN состоит из двух человек — Дмитрий Волошин и Антон Разиньков. Дмитрий является как участником группы, так и продюсером. Моя стихия — это творческая составляющая проекта — тексты, вокал, музыка. Задавать настроение каждой песне так, чтобы донести свои мысли эмоции и чувства до слушателей — непростая задача, однако в этом плане нам с Дмитрием удается относительно легко работать, так как мы отлично понимаем друг друга. До этого проекта я также занимался музыкой, был лидером группы The Rain — этот коллектив я собрал, еще будучи студентом, на втором курсе института. К сожалению, в силу большого количества самых разных причин, потенциала в развитии группы я не увидел, и вместе с остальными участниками мы приняли решение закрыть этот проект в ноябре 2015 года. После этого наступила некоторая творческая неопределенность до того момента, пока одним декабрьским вечером я приехал на студию звукозаписи LES Records и не познакомился с Дмитрием. Мы быстро нашли общий язык и плодотворно пообщались на тему создания нового проекта, он послушал демки, какие-то прошлые наработки, сопоставили наши интересы в музыке и то, что от нее хотим, подход к созданию песен… И тут мы поняли, что мыслим в одном направлении. Так в декабре 2015 года и появился этот проект.
Наш подход к созданию песен — это делать так, как нравится, честно. Не загоняя себя в какие-либо стилистические шаблоны и рамки, не задумываясь о жанровых ограничениях – просто отдавать себя и свои эмоции музыке, как оно есть на самом деле.

Виктория: Что означает название проекта и псевдонимs Антона Burials Moon? TYLER DURDENN напоминает что-то кельтское по звучанию, а Burials Moon звучит почти жутко…. Откуда такая симпатия к депрессивной и похоронной тематике?

Дмитрий: Изначально Тайлер Дёрден – это вымышленный персонаж книги Чака Паланика «Бойцовский клуб», ведущий войну с самим собой, с якорями и пороками цивилизации, с ее ленью и жиром.

Антон: Псевдоним Tyler Durden был давно за мной закреплен, мы достаточно схожи с этим персонажем, но сейчас он больше подходит для названия нашего проекта. А Burials Moon был заимствован после прослушивания альбома коллектива AFI — Burials (2013). Не знаю, наверное общая тематика этого альбома показалась мне близкой к моему настроению по жизни в целом. Я не хочу углубляться в тексты — каждый видит свое в какой-либо композиции, черпает то, что ему необходимо.

Алексей: Получается, ваше творчество тесно связано с произведениями Чака Паланика и его литературным миром? Ещё какие-то отсылки к Паланику в ваших текстах присутствуют?

 Антон: Проект TYLER DURDENN и Чак Паланик не имеют ничего общего. У нас нет прямых отсылок даже на “Бойцовский клуб”, не говоря уже о других его произведениях. Единственная связь, которую можно усмотреть – это противоречивый персонаж, мрачное альтер-эго или внутренний демон человека, если хотите. Наш проект – это образ персонажа Тайлера с определённым характером и мировоззрением, не более того. Но в наших песнях есть отсылки на вселенную Silent Hill, и это было сделано специально. Кроме того присутствуют также другие тематики, но я бы не хотел сильно распространяться на эту тему – как говорится, кто что увидит.

 Алексей: Смертельная, суицидальная и похоронная тематика кажется ли вам страшной и пугающей или, обращаясь к таким тёмным и щекочущим нервы образам, вы испытываете особое гурманское удовлетворение?

Дмитрий: Смерть — это вполне естественное и закономерное для человека состояние. Не надо ее бояться. Надо бояться жить так, чтобы хотелось умереть побыстрей.

Антон: Не стоит буквально понимать термины «смерть» и «суицид». Здесь мы берем больше образное явление, да и то, пожалуй – только в названии альбома это можно увидеть. Умереть или убить себя можно по-разному, как физически, но больше, как это и делают в основном люди — это морально, духовно, социально. Об этих проблемах мы и поём, а то, что это кажется каким-то мрачным – так просто получается.

Виктория: А что думаете о том, что во тьме лучше виден свет или в тёмные времена лучше видны светлые люди? Можно ли расценивать тёмные и депрессивные образы вашей лирики как попытку увидеть и получше рассмотреть свет внутри и вокруг себя?

Антон: Для кого как, да и вообще, когда были эти тёмные или светлые времена? Есть реальность! Главная мораль в написании песен — подтолкнуть людей к осмыслению своей жизни и места в ней, заставить задуматься о проблемах. Но ни к свету, ни к тьме мы не призываем.

Дмитрий: Контрасты — это наша тяга к гранжу в целом и хотелось проецировать стихи на музыку.

 Алексей: Не думаете ли, что такое странное и трудно запоминающееся название будет мешать вам находить дорогу к потенциальным слушателям, которым будет просто трудно запоминать это необычное сочетание букв?

Дмитрий: Tyler - это вполне себе культовая величина из конца 90-ых и назвать ее незаметной очень сложно. Сейчас просто модны персонажи из потребительской корзины.

Антон: Не думаю, что это может стать большой проблемой в мире современных технологий, кроме того, есть немало примеров групп/коллективов и исполнителей с достаточно труднопроизносимыми псевдонимами и названиями, которые имеют широкую популярность и это им совсем не мешает.

Алексей: А как считаете, кто составляет вашу целевую аудиторию, и насколько эту аудиторию составляют люди, читающие и почитающие Паланика?

 Дмитрий: Тайлер – просто схожий персонаж по духу, образу и подобию, мировоззрению. Пожалуй, вот и всё.

Антон: У нас нет разделения аудитории, мы делаем наши песни для всех, вопрос в обратной связи. Делать акцент на читателей Паланика нет никакой цели и необходимости, это не является нашей целью.

 Виктория: Какие ваши самые любимые произведения Паланика и с каких из них вы посоветовали бы начинать знакомство с его творчеством?

 Антон: Для меня Паланик начинается с «Бойцовского клуба», а дальше уже кому как зайдет. Несомненно, Чак выдающийся автор, но я не берусь рекомендовать его всем как какую-то абсолютную или относительную величину. Тем более мы взяли концепцию именно Тайлера, а не всего творчества Паланика.

 Дмитрий: Мне кажется, Паланик не настолько бульварный и общедоступный автор, чтобы его советовать. Это вопрос личного выбора, вкуса и преференций, как говорится.

Алексей: Реализм Паланика часто граничит с цинизмом и жестокостью, а вы замечаете за собой подобное? И что думаете об убеждении В.В. Розанова о том, что цинизм происходит от страдания?

Антон: А разве в реальности не так? У нас нет переизбытка цинизма и жестокости? Жизнь изначально устроена так, что в ней выживает сильнейший, а жестокость, увы, необходимая черта естественного отбора. Нет никакой кармы, вселенского зла или добра. Есть люди, которые могут быть плохими/хорошими – кто-то черствеет, приняв этот мир, кому-то удается остаться человеком. Вопрос лишь в том, что подавляющее большинство людей слабы и как раз их цинизм и жестокость способны поглотить без остатка. Это их способ существовать, замкнуть мироздание только на себе, воспринимая любой успех другого как личное оскорбление из разряда «Почему он, а не я? Чем он лучше?». В некоторой степени я согласен с В.В. Розановым в том, что страдание вызывает раздражение, а затем эти злые и недовольные глаза начинают свою охоту.

 Виктория: Лив Тайлер, Бонни Тайлер, Стивен Тайлер… как вам быть тёзками с такими знаменитостями и что думаете об этих людях?

Антон: Люди как люди, у каждого своя дорога. На мой взгляд, все-таки это больше относительное сравнение, на основе схожего звучания имени, псевдонима.

 Алексей: А как пришла идея исполнять такой депрессивный и грустный материал? В жизни вы тоже такие же депрессивные и безрадостные?

Антон: Идея была в честности, в первую очередь перед самим собой, а в жизни у нас есть достаточно поводов на грусть и улыбку. Быть откровенным в своих эмоциях, не бояться признать наличие своих демонов или ангелов.

Дмитрий: Попытка избавится от собственных демонов и всё. Не идти с ними на сделку, не выгораживать себя – простой и беспристрастный анализ и погружение в самого себя.

Виктория: Как вы относитесь к декаданс-року Агаты Кристи и считаете ли себя и TYLER DURDENN последователями творчества братьев Самойловых?

Дмитрий: Агата Кристи — часть наследия русского рока, и мы, так или иначе, культурно пропитаны всем этим.

 Алексей: Многие отождествляют декаданс и деградацию, регресс, упадок. А что думаете по этому поводу вы?

Антон: Самая большая деградация и самообман — когда на глазах розовые очки. Понимание того, что мир вокруг тебя не идеален, не «заточен» под тебя, что он вокруг тебя не вертится — это тоже можно в какой-то степени охарактеризовать словами «декаданс», «упадок». Но лично я так не считаю — скорее это всего лишь честный взгляд в глаза суровой правды жизни. Жизнь жестока, и только мы решаем, как мы примем это и пропустим через себя.

Дмитрий: Понимать свои пороки всегда легче, если честно говорить о них хотя бы самому себе.

Алексей: А какие качества и черты характера вы считаете пороками и есть ли среди них такие, от которых вы не хотели бы избавляться, даже понимая, что это действительно нечто не самое хорошее?

 Дмитрий: Лень и невежество. Сам с ними борюсь каждый день. (смеется)

 Антон: Ложь, но иногда она необходима и во благо. Себя я не могу судить, что во мне так или не так, тем более со временем на многое смотришь под другим углом. Я просто стараюсь поступать так, как считаю правильным. Судить меня пусть будут другие.

 Виктория: Ещё совсем недавно было повсеместно распространено движение готов и эмо, а что вы думаете по поводу данных субкультур, их внешнего вида, идеалов, образов и поведения? Какая из этих субкультур вам ближе, и близки ли они вообще вам?

Антон: Ни одна из них, мы на своей «волне». Тематика песен может показаться близкой по духу этим субкультурам, но на деле все не так. Как мы уже говорили, наше творчество — это честный взгляд на внутренних демонов. Мы не преследуем цели упиваться жалостью к себе, искать в себе оправдания или оправдания в жестокости мира вокруг, ровно так же, как и не видим мир вокруг только как место мрака и горя.

 Дмитрий: Нет, мы не готы. И точно не эмо. (смеется)

Алексей: Повышенная таинственность в том, что касается TYLER DURDENN (псевдонимы, минимум информации в сообществе ВКонтакте, немногословность и так далее) это стремление не разрушить тот ирреальный суицидальный флёр, который создают ваши песни или что-то другое?

Антон: На самом деле нет никаких тайн — всё, что хотели сказать, мы сказали в своих песнях, разжёвывать что-либо ещё мы не собираемся. У каждого есть свой образ мыслей и понимание, пусть слушатель сам рисует образы для себя. Мы не преследуем цели стать известными медийными персонами в устоявшемся понимании этого слова, наша основная цель – общаться со слушателями посредством музыки. А для этого идеально подходит именно такой формат, на мой взгляд.

Виктория: В жизни вы тоже предпочитаете только чёрный цвет, немногословность, аристократичность, бледность и изящные манеры? И есть ли такие темы, цвета, жесты, места, виды деятельности, которые в реальной жизни для вас под запретом из-за ваших взглядов, идей и симпатий?

Антон: Тёмные цвета всё же приятнее для глаз (улыбается). Мы не создаем какие-либо образы и не строим из себя того, чего нет или чем мы не являемся. На самом деле нет никаких особых запретов, если что-то не нравится, то просто проходим мимо. Каждому своё.

Алексей: Как считаете, TYLER DURDENN это музыка утопистов и мечтателей или скорее реализм? И как сочетается ваш лозунг “В попытках закрыть глаза на проблемы, вы рискуете внезапно закрыть их навсегда…” с такими мечтательными и эфирными текстами?

Дмитрий: Мы реалисты, в нашем мире и так полно дерьма без сказочных историй.

Антон: Это наше осмысление мира вокруг – в какие-то моменты он может оказаться совершенно безумной утопией, а в следующий миг быть реальным до боли. В этом особенность человеческой психики и восприятия реальности, и об этом мы и пытаемся сказать – хоть мир вокруг тебя и не вертится, но он будет таким, каким ты его принимаешь. Поэтому честность с собой особенно важна для любого человека.

Виктория: Не скучно ли быть реалистом в нашем сером и предсказуемом мире? Не скучаете по детской непосредственности и мечтам?

Антон: Совершенно не скучно! А вот заниматься самообманом это разве весело? Может кому-то и в кайф быть на наигранном позитивчике, или строить замки на песке, я не знаю – так, наверное, легче жить. Только вот почему-то принято реалистов считать мрачными и депрессивными людьми, а инертные мечтатели в облаках – это почти всегда обязательно позитив. Зато если эти облака рушатся и мечтатель падает на землю – пожалуй, это намного более жестоко, чем быть реалистом и быть готовым к возможным неудачам.

Дмитрий: Дано = Реальность. Мой инженерный мозг так устроен.Умение адекватно оценивать реальность и взаимодействовать с ней – это далеко не всегда депрессивное восприятие. Это новые задачи и вызовы, работа над собой, преодоление препятствий. И все это без розовых очков, что на наш взгляд добавляет особенное ощущение – ощущение собственной силы, возможностей, самодостаточности да и в принципе просто дает ощущение того, что ты живешь. Жизнь в борьбе, никак иначе.

 Виктория: Как считаете, депрессия это нормальное состояние для человека или всё-таки не то, что стоить считать адекватным и хорошим?

Дмитрий: Депрессия в привычном устоявшемся понимании — это когда негатив не может выйти и накапливается внутри тебя. Мы же достаем это изнутри и показываем, как говорить о проблемах современности, в том числе и о депрессии и депрессивном восприятии мира.

Алексей: А о какой войне идёт речь в описании сообщества? За какие идеалы и во имя чего ведётся эта война, с кем и каким образом? И какие идеалы у вас?

Дмитрий: Человечество испокон веков ведет войну по большей части с самим собой.
Мы за все хорошее, против всего плохого.

 Антон: Твой главный враг и союзник — это ты сам. Но и вокруг полно мудаков, разжигающих реальные войны. И эти войны – такое же следствие проигранной внутренней борьбы, когда ты сдаешься в угоду общественным стереотипам, стадному мышлению, благополучно отказавшись от собственного «я» и его понимания. Некоторые наши песни как раз и показывают ужас этих войн, как это действительно страшно – идейные истребления себе подобных, бездумное подчинение высшим целям и идеям. Человек способен на невероятные зверства ради идеи, и это самое страшное – удивительное пренебрежение чужой, а иногда и своей жизнью в угоду «высшему благу» в конкретном понимании стада, к которому такой человек принадлежит. Это как нарисовать картину – ведь когда вы смотрите на что-то подобное, то понимаете суть того, что хотел вам показать художник, всю эту грязь, злость, смерть, мерзость. Война — это самое мерзкое, что делается людьми и с людьми.

Виктория: Как вы пришли к такой концепции альбома и к такому названию? Что вы думаете о самоубийцах и о том, что традиционной религией суицид причисляется к греху? Самоубийство это проявление силы или слабости?

Дмитрий: Концепции не было. Это больше книга. Глава за главой. А название, просто сумма всех глав.

Антон: Отношение к ним – да по сути никакое. Это выбор каждого, его личное дело. Если человек принял для себя такое решение. А название альбома, как я уже говорил ранее, не стоит воспринимать буквально.

Алексей: Что снится самоубийцам, и какие сны обычно снятся вам? Случается ли так, что вдохновение приходит к вам во сне, и во время сна происходят какие-то творческие озарения?

Антон: Самоубийцы, на мой взгляд — это люди, загнанные в угол. Я думаю, что им снится всякое, иногда вообще ничего не снится — как и другим. Самоубийцы это не отдельная каста, каждый может оказаться на краю и вот тогда сможет ответить на этот вопрос — что же всё-таки им снится? Не обязательно «доводить дело до конца», чтобы войти «в клуб» самоубийц. Иногда достаточно умереть внутри и просто быть выеденной оболочкой человека.Конечно, во сне иногда приходят идеи, ведь мозг же озадачен каким-либо вопросом. Но я не стремлюсь опираться на мир грёз.

Дмитрий: Одному дьяволу известно о снах самоубийц. Но сны есть сны, их никто не помнит. Можно слепо копаться в обрывочных воспоминаниях сна, а можно отнестись к этому с юмором или иронией.

 Виктория: Как считаете, можно ли сравнить самоубийц с бабочками, которые летят на огонь, стремясь максимально близко прикоснуться к идеалу прекрасного и совершенного, и таким образом заканчивают свою жизнь (как у Арии, “на краю обрыва вновь летят на пламя сотни мотыльков-самоубийц” или как в легенде об Икаре)?

 Дмитрий: Я не знаток Арии. Посыл в том, что, если хранить скелеты в шкафу, рано или поздно они начнут тебя поедать — это те же твои внутренние демоны, от которых ты всего лишь попытался отгородиться. Мы поем о том, что этому не место в жизни по-настоящему свободного человека.

Алексей: А не думаете ли, что тематику альбома можно воспринять как пропаганду суицида? Не думаете ли, что кто-то, находясь в упадочном состоянии духа, может воспринять ваши песни и тексты как прямой призыв к действию или образы есть образы, а решения каждый принимает самостоятельно?

 Антон: В наших песнях нет ни одного призыва к суициду, ни прямого, ни скрытого. Из суицидального только слово на обложке, тематика альбома совершенно другая. Зачастую за натянутой улыбкой кроется больше зла и призыва к чему-то негативному, «Корабль» как раз про это и повествует. Да и если уж кто это задумал, то, например, от неразделённой любви могут и под любую попсовую душещипательную песню или же под классические произведения себя отправить в иные миры.

Дмитрий: Не надо строить иллюзий за ширмой позитива. Если тебе плохо, то тебе плохо. Мы просто говорим о проблемах, о том, как следует подойти к их принятию и решению. Наши «Сны самоубийц» - это образы, восприятия людей, которых жизнь загоняет в угол. Кошмар из реальности вперемешку с грезами и мечтами – то самое место, где рождаются наши внутренние демоны. И мы готовы посмотреть им в глаза.

Виктория: Обычно на дебютный альбом музыканты включают песни, которые они писали, записывали и нарабатывали годами, а иногда и десятилетиями. У вас тоже было так?

 Дмитрий: Альбом писался в студии с 2015 по 2019.

Антон: В первый альбом вошли как песни, тексты которых были написаны очень давно, так и совсем новые, а что-то по ходу записи переписывалось. Это уже не просто творческий процесс, в некоторой степени это отражение выводов, к которым приходишь в течение жизни и понимание вещей.

 Алексей: “Сны Самоубийц” получились очень разнородными и эклектичными, это было сделано намеренно или просто случилось как случилось?

 Антон: Мы не зажимаем себя под какие-то определенные стилистические рамки, каждая песня должна звучать индивидуально, со своим посылом и характером. Меньше всего нас заботит соответствие жанру, какой-то определенной канве. Жизнь разнообразна до безумия, так и здесь.

 Виктория: А есть ли какие-то песни, которые по тем или иным причинам не вошли на альбом и остались за бортом?

 Дмитрий: Да, есть. Но они уже вошли во второй альбом.

 Алексей: Какие песни из тех, что вошли на диск, ближе всего вам самим? Какие приятнее всего переслушивать, и от воспоминания каких вы испытываете наибольшее удовлетворение?

Антон: Я не могу выделить какую-то песню, каждая становится ближе в определенный момент. Как я уже говорил – это отражение выводов, к которым приходишь в течение жизни и понимание вещей в определенные моменты.

Виктория: Есть ли у альбома какой-то общий концептуальный посыл, идея, которую вы хотели бы донести до своих слушателей?

 Антон: Он в первой композиции «Души не сгорают» - «Мы способны жить, а не существовать!». Просто надо включить для этого мозги! Люди в основной массе стадно мыслят, живут по навязанным правилам, мало у кого есть собственное мнение, а если и есть, то оно тупо содрано где-нибудь с просторов интернета. И уж точно абсолютно не каждый способен на честность даже с самим собой, без оправданий. А без этого не будет жизни, по-настоящему свободной, а не привязанной к стадным убеждениям.

 Алексей: А есть ли у вас такое ощущение, что вы знаете что-то такое, чем можно было бы и стоило бы поделиться с другими, предостеречь, предупредить? (к примеру, констатация “иллюзии могут прожить без тебя” очень даже жизненна и полезна)

Антон: Мы знаем ни больше, ни меньше других – где-то больше, где-то меньше. Всем чем хотим поделиться, мы делимся в своем творчестве. Я считаю, каждый может извлечь для себя что-то новое в наших песнях, если он готов к этому.

Дмитрий: Иллюзии благополучия живут в наших зеркалах.

 Виктория: Что символизирует обложка альбома? Это намёк на то, что ваши песни лучше слушать ночью и в полнолуние? И нужен ли какой-то особый антураж (свечи, бокал красного вина, кружевные манжеты, etc) чтобы воспринять вашу музыку наиболее адекватным образом?

 Дмитрий: Обложка это отсылка к одноименному триллеру Хичкока «Птицы».

Антон: О нет. Зачем столько пафоса? Кому, как и когда удобнее слушать. Для меня лично всё то, что вы перечислили, очень далеко. Атмосферу в первую очередь должна создавать сама музыка, а концептуальное оформление лишь может подчеркнуть эту атмосферу.

Алексей: Расскажите, что вдохновило вас на такие тёплые и нежные песни с альбома, как “Ты одна” и “Цветы”?

 Дмитрий: Мы мотивированы разными вещами, и наше творчество не ограничивается только темными сторонами человеческого существования. Жизнь многогранна, имеет много лиц и особенностей. Любовь, как часть жизни, одна из них. Она может быть причиной падения, причиной упадка, но в то же время и великой силой, оживляющей любого.

 Виктория: Как встречали Новый год и Рождество? Всё было грустно и депрессивно или всё-таки более-менее радостно и светло?

Антон: Мы умеем веселиться, и не обязательно мрачным образом. (смеется)

 Алексей: По статистике именно в новогодние праздники совершается больше всего самоубийств, не ощущаете ли сами подобных позывов, когда все вокруг заняты селёдками под шубой, шампанским и оливье?

Антон: Вообще не к нам вопрос! Мы любим жизнь и шампанское с оливье! (смеется)

 Дмитрий: Я уже упоминал о мнимом благополучии, которое тащит людей в петлю. Признаться в своих проблемах — вот наша задача.

Виктория: А бывает ли так, что вот таким древним способом “от противного” в новогодние и рождественские праздники как раз и пишутся такие депрессивные и меланхоличные песни, которых так много на вашем дебютном альбоме? В этот раз что-то было написано или обошлось?

Антон: Обошлось, даже без традиционного Новогоднего стиха.

 Дмитрий: Когда ты счастлив, ты в меньшей степени занят написанием депрессивных песен. У каждого огня свое топливо.

 Алексей: Что у вас в ближайших планах и как обстоит дело с новым материалом?

Дмитрий: Три песни из нового альбома.

 Антон: Материала достаточно, мы продолжаем постепенно работать над ним – никаких предельных сроков мы не ставим, только осмысление и творчество.

Виктория: Будет ли следующий альбом настолько же разноплановым и мультижанровым или вы будете придерживаться какой-то одной музыкальной и концептуальной линии?

 Дмитрий: Мы не провидцы, но три главы уже есть.

Антон: Наша музыкальная и концептуальная линия — это не придерживаться никаких линий. Посмотрим, что будет дальше. Одно могу обещать точно – скучно не будет.

 Алексей: Что у вас в ближайших планах, и какие в целом намерения и заготовки на 2020 год?

Антон: Работать дальше… Вероятность появления нового сингла в 2020 году весьма велика.

 Виктория: Когда заканчивается год, мы традиционно просим музыкантов в интервью поделиться своим личным топ-5 или топ-10 любимых альбомов, вышедших в ушедшем году. Можете поделиться сейчас таким топом?

 Дмитрий: Rammstein - «Rammstein», Lana Del Rey - «Norman Fucking Rockwell», KoЯn - «The Nothing», Slipknot - «We Are Not Your Kind».

Антон: Lindemann - «F & M», The Moth Gatherer - «Esoteric Oppression», Dead Swords - «Enders», Voices Of Death - «Cult And Monsters», Дельфин - «КРАЙ», Сплин - «Тайком».

 Алексей: Ваши финальные слова и пожелания для тех, кто нам внимал?

 Антон: Всем добра и мира! Любите и цените жизнь!

 Дмитрий: Будьте счастливы!

 Алексей, Виктория: спасибо за интервью!

 Алексей “Astarte Eel” Иринеев, Виктория “Caracal” Озёрная