ФОРПОСТ МУЗЫКАЛЬНОЙ АНАЛИТИКИ
АЛЕКСЕЯ ИРИНЕЕВА (МУЗЫКАЛЬНЫЙ ЖУРНАЛИСТ)

"Музыка, которая говорит с вашей тьмой". Интервью с Suffer In Paradise

Suffer In Paradise

07-09-2017 Алексей "Astarte Eel" Иринеев

Мне всегда казалось, что музыку в стиле doom создают очень вДУМчивые люди, которые не раз заДУМывались если не о смысле бытия, то хотя бы о смысловой наполненности собственных композиций и вообще любят всяческие разДУМья. Увы, наш мир далёк от идеала, а работники дум-индустрии часто печальны и трагичны только на фото, однако есть-есть и свои приятные исключения, когда все дела обстоят профильно, искренне и при этом как нельзя лучше – одно из них перед вами: похоронный дум-дэтовый ансамбль Suffer In Paradise, который недавно выпустил свой второй полноформатник, оказавшийся на поверку просто шикарным (ради интереса просто взгляните на обложку) во всех смыслах. Кстати, это интервью является просто категорическим эксклюзивом, поскольку не только читается на одном дыхании, проникая в самую суть, но и совершенно не имеет аналогов в своём роде. Почему? Сейчас вы всё узнаете!

— Приветствую, Suffer In Paradise! Поздравляю с выходом нового диска! Как бодрость духа, и в каком настроении встречаете наступившую осень?

A.V. Grievous: Привет-привет всем, кто читает (и делает) это интервью сознательно, только знакомится с нашим творчеством или просто случайно забрёл сюда! Благодарим за поздравления, бодрость духа на высоте, и, например, не в последнюю очередь как раз из-за этого самого выхода диска. Настроение рабочее, ведь осень для думстера — самая плодотворная пора.

D.Akron: Приветствую всех. Всё отлично (насколько это может быть в нашем бренном мире). Осень я ждал, если честно. Люблю её. Очень приятно будет, наконец, насладиться увяданием и медленной подготовкой природы к непродолжительной смерти (зиме).

 R.Pickman: Осень — моё самое любимое время года. Время перехода к царствию зимы. Как-то слишком пафосно звучит, ну да ладно.

— Насколько я знаю, сегодня у вас первое в вашей жизни историческое интервью. Давайте поднимем бокалы по этому поводу и немного углубимся в историю вашего коллектива, а заодно настроим читателей на нужную волну.

A.V. Grievous: Без бокала нет вокала, а ровно и интервью, пожалуй. Он сказал “поехали!” и запил водой.

D.Akron: Ну, вздрогнем.

— Как считаете, почему вообще стоит послушать именно вас, а не Skepticism, Esoteric или Visceral Evisceration, например? Ну, если время поджимает и всё точно не успеть.

A.V. Grievous: Если время поджимает, я думаю, это вообще не самое подходящее время для фьюнерала. Фьюнерал — музыка в своём роде медитативная, сродни ритуальной или религиозной, погружающая в транс или катарсис. Его нужно чувствовать каждой клеточкой. И это совсем не значит депрессию, упадок или нечто подобное, как представляет обыватель. Это наше видение стиля. Почему именно нас? Потому что, как говорил известный герой, если вы откажетесь, мы вас зарежем. Шутка. Тут уж решать скорее слушателю. Но если вы собираете плейлист для путешествия на лодке Харона, я думаю, на нас стоит обратить внимание.

— А в чём характерная музыкальная особенность Suffer In Paradise и почему вы решили взять себе такое интересное название? Считаете, что всё относительно, и для кого-то христианский рай станет адом?

A.V. Grievous: Характерная музыкальная особенность Suffer In Paradise — это в первую очередь то, что это Suffer In Paradise. Наши мозги, наши руки, наши мысли. И, как следствие — то, что вы слышите и те бурления го… гормонов, вызываемые музыкой. Ибо если это не так, то грош цена музыке той. Можно сказать, наша атмосфера. Характерная мелодика, возможно. А название родилось после одной из первых наших репетиций в 2009-м году, когда я в шутку сказал Акрону “Да гори ты в раю”, намекая на его демоническую сущность или нечто в этом духе. “Гори в раю”, “страдай в раю” — так и повелось. Более глубокая концепция названия — это то, что даже в идеальных (райских) условиях ты будешь рвать когтями свою грудь, не имея доступа к чему-то (для меня это возможность творить, например) или к кому-то. Так что, да, можно сказать, рай — это ад… правда — это ложь, мир — это война, как писал Оруэлл.

D.Akron: С самого начала мы старались играть что-то волнующее, грозное, возвышенное. Я думаю, что правильный подход – это идти не от стиля, жанра, а от внутреннего ощущения. Именно тогда будет получаться искренне. Это должна быть музыка, которая говорит с вашей тьмой… И если эта тьма ей отвечает, значит, всё было сделано правильно. Насчет названия добавлю: суть человека такова, что он будет искать себе боль, будет искать страдания даже в идеальных условиях. Как говорится, большинство проблем мы создаём себе сами.

— У вашего альбома очень впечатляющая обложка, кто автор?

A.V. Grievous: Один наш приятель с прошлой работы. Талантливый дядька, но очень своеобразный. Мы, впрочем, тоже не подарки. Особенность всех творческих людей? Да.

D.Akron: Особенность раздолбаев.

— Я слышал, там были какие-то проблемы с этим артом, что за проблемы, если не секрет? Они заключались только в сорванных художником сроках или в чём-то ещё?

A.V. Grievous: Да, были. И как раз предыдущий пункт практически отвечает на этот вопрос. Пришлось художника попинать (нет, не ногами, он здоровый, блин…). Нерасторопный он товарищ. Но результат того стоил. Запись мы закончили ещё в мае, а в продакшн сдали только в сентябре. Вот такая загогулина. Мы со своими правками, впрочем, тоже попили немало его крови.

— А цензура своё веское слово сказала или обошлось без этого? Никого не оскорбили артом?

A.V. Grievous: Нет, высокие цензоры и носители великой морали, вроде, не показывались на горизонте. По конституции цензуры у нас вообще нет, но на деле-то не всё так просто. Больная мозоль для любого андеграундного, да и вообще, любого находящегося за гранью восприятия зомби-обывателя, творчества. “Оскорбленцы” ищут способа быть оскорблёнными. И не только у нас в стране. Шизиков и прохиндеев хватает везде. И тут нет ничего общего с моралью, этикой и иже с ними. Пролёт мухи не по той траектории может оскорбить их. Тут не предугадаешь. У нас, впрочем, сцена довольно малочисленная, относительно закрытая, сюда даже не всякий “митолизд” полезет, ему тут скучно будет, патлами не потрясти, да и текстов про Короля Правое Яичко нет… да и на рожон мы не лезем, как “чернушная” братия. Так что, надеюсь, минует чаша сия.

D.Akron: Как по мне, в большинстве случаев во всех так называемых случаях “оскорбления” и “цензуры” замешаны банальные деньги. Doom metal, а тем более funeral doom, справедливо не считается сильно коммерческим жанром, поэтому ждать сильного оскорбления от обложки такого плана, думаю, не стоит.

— А что символизирует обложка и как она относится к музыке альбома? Что за персонажи там и почему в руках у мужчины терновый венец?

A.V. Grievous: Символизирует она вечный процесс увядания красоты и свежести, молодости. Как раз ту самую ”эфемерность”, недолговечность. Терновый венец как раз и есть символ финала, отхода в небытие и забытие. Корона бесславных. Кто-то, возможно, увидит в этом аллюзию на “корону Венеры” (не гуглите!), вот вам и ещё одна грань – “эротическая”. Тёмная сторона эротики. Вспоминаем Юнга, вспоминаем Фрейда. А персонажи, скорее, собирательные. Тут и мотив Орфея и Эвридики из древнегреческого эпоса подойдёт, да и библейские мотивы, пожалуй.

— Примите ещё раз мои поздравления, если серьёзно, обложка действительно шикарная. Уже ради неё можно смело покупать диск на носителе (не в пример оформлению вашего дебютника). А кому принадлежала идея внести в оформление элементы эротики: художнику или вам? И зачем это было сделано: для того, чтобы повысить продажи или из каких-то других соображений?

A.V. Grievous: Ха, спасибо, ну хоть на стенку повесят. Диск под кофеёк тоже сгодится или реальному пацану знакомому на лобовое стекло тачки прилепить, чтобы когда он модно валит боком перед чикулями-кисулями и ровными братухами, мусарам камеры засветить (смех гопника). Идея с “эротикой” именно художника. Мы не возражали, получилось реально здорово. Да и против сисек мы ничего не имеем. О продажах мысли и не было. Кто-то покупает наши диски?
D.Akron: Обложка была отдана на откуп целиком художнику. Как увидел, так и сделал. Пусть каждый занимается тем, чем умеет. Собственно, нам понравилось то, что он предложил, и с музыкой все сочеталось отлично. А эротика? Пусть будет. Сиськи ещё никому не помешали.

Suffer In Paradise 1

— Спрошу немного не в тему: у вас довольно причудливый английский (чего стоит только “This Dead Is World”), а в названиях проскакивают философские и психологические термины (взять хоть термин Юнга “Archetype” или “солипсический” в описании сообщества группы ВКонтакте), откуда у вас всё это и где вы набрались такой интеллектуальности? Я правильно понимаю, что “солипсическая гибель мира” – это гибель мира отдельного человека, а вместе с ним и его внутреннего мира? Или всё как-то иначе? Солипсизм это ведь такое воззрение, когда мир существует только постольку, поскольку существует индивид, его воспринимающий…

A.V. Grievous: Да, над английским мы поиздевались знатно. Правило “чем абсурднее — тем лучше” для нас применимо на 100%. Верую, ибо абсурдно? Наверное. Игра слов “этот мир — мёртв, этот мертвец — мир” — из заглавной вещи дебютника. Главный герой считает, что весь мир существует лишь в его сознании, и, видя его несовершенство, он уничтожает этот мир, уничтожая… себя. И тризна шакалов и грифов на туше мёртвого мира. “Архетип” — текст (за авторством Акрона) действительно основан на юнгианской философии. Он о тех паразитах общества, использующих религию в качестве оправдания своих грязных и корыстных дел и тянущих мир обратно в Средневековье и примитив. К вопросу, почему мы такие долбохлёбы (так он звучал?) — интерес к философии лично у меня возник, наверное, в детстве ещё, когда вместо сказок я читал книжки по биологии, а вместо футбола (хотя футбол тоже бывал со всеми вытекающими — шишками, ссадинами и выбитыми стёклами) бродил по лесам и ловил насекомых. Немудрено, что проблема познания и поиска сути затем вылилась в протирание штанов за трудами различных учёных мужей, блуждание в лабиринтах всяких учений. Чем глубже ныряешь во всё это варево, тем ближе нигилисты, хех. Можно ли это назвать интеллектуальностью? Не могу сказать. Осложнило ли это жизнь “за пределами” творческого болота? Да. “Норм пцны” в тачках копаются, а не по музеям бродят. Они по ночам спят спокойно. Ну, или не спят, а тусят на шашлыках и сопутствующих. Fuck it.

D.Akron: Добавлю насчет “Архетипа”. В виду я имел немного другое, чем Юнг. В треке говорится о некой совокупности черт, реакций, которые изначально присущи человеку. Это своего рода перевернутый крест, выжженный на душе, который заставляет нас уничтожать себя и других, разрушать то, что вокруг нас. Это наш Архетип, который не позволяет жить в мире. То, что было когда-то сделано, ведёт к тому, что будет дальше, и этот Вектор, эту Судьбу очень непросто изменить.

— Я заметил, что вы не только достаточны глубоки как авторы лирики и музыканты, но ещё и весьма ироничны! Надо уметь так легко и с юмором говорить о себе и о своём творчестве, считается, что это удел настоящих профи. А вы как думаете?

A.V. Grievous: Без иронии вообще жить невозможно, пусть даже и представителям таких “мра-а-ачных” жанров. Надо уметь порой посмеяться над собой.

D.Akron: Я думаю, нам надо поторопиться, а то у нас ещё запланирован ужин из младенцев.

— А что за сэмплы были на первом диске? Кому принадлежат те речи, и какое отношение они имеют к альбому?

A.V. Grievous: Сэмплы эти из “Большой советской энциклопедии”, это речи различных душевнобольных. К темам психических расстройств мы на дебютнике как раз неоднократно обращались. Шизофазия, деменции, старческое слабоумие — их “хор” удачно влился в атмосферу диска.

— А как вообще вышло, что вы докатились до дэтового фьюнерал-дума? Вроде как нужны серьёзные основания, чтобы погрузиться в такую пучину тоски и печали…

A.V. Grievous: Вот не считал никогда фьюнерал музыкой “тоски и печали”. Скорее, наоборот — это возвышенная, помпезная, созерцательная, медитативная музыка. Дэт-металлическая составляющая в своём роде возвращает на грешную землю. Ну, и вносит разнообразие в повестку дня. Чтобы слушатель ракушками не оброс. Музыка тоски и печали скорее играет в общественном транспорте и в заведениях общепита.

D.Akron: Подобная музыка – это отсылка к чему-то личному, к глубоким переживаниям, познанию мира через себя. Подобное подойдёт тем, кто любит самопознание, анализ, людям с интровертивным складом ума. В общем, стоит на это смотреть, как на инструмент для познания мира. Весьма изящный инструмент, хотя иногда и выглядит немного… пугающе. Но это для тех, кто не хочет разбираться.

R.Pickman: Для меня лично, это музыкальное направление стало откровением несколько лет назад. Был период, когда я отошёл от “тяжелой” музыки в сторону таких направлений, как dark ambient, drone ambient, trance и других электронно-кислотных стилей / жанров. Оно вернуло ко мне интерес к металлической музыке и позволило в меру сил и способностей внести вклад в развитие похоронного дума.

— Трио – не самый популярный формат коллектива в похоронном думе, не собираетесь расширять свой состав?

A.V. Grievous: Ну, на “Эфемере” нас уже четверо было — добавился гитарист. Внёс свежую нотку и разбавил мою кухтолапую мазню. И за пивом сбегал. Расширять — не могу пока сказать. Если говорить о живых выступлениях, то в рамках этого проекта это будет сложновато. И главная проблема — это поиск реально заинтересованных кадров.

— В какой степени новейшая пластинка стала преемником первого LP: в чём остались верны себе, в чём наоборот постарались исправиться и измениться?

A.V. Grievous: Мы старались сохранить атмосферу, но сделать звучание более разнообразным и интересным. Менее затянутым и зацикленным. На этот раз мы полностью проделали весь процесс от записи до мастеринга самостоятельно и, по большому счёту, остались довольны результатом. На первом сведение и мастеринг делались с привлечением стороннего звукача. Сейчас, если честно, мы бы первый свели по-другому. Но это не косяк приглашённого звукача, скорее мы не совсем понимали, чего хотели. Ушли от старой структуры песен плана “куплет-припев-куплет-припев-интерлюдия-кода”. Одна из вещей — “Call Me To The Dark Side” (нет, она не про Дарта Вэйдера), как раз из эпохи “This Dead Is World”. Она как раз по структуре своей похожа на ранний материал, по мелодике. Акронова рука чувствуется (вот эта “готическая” концовка — его авторства). Поразнообразнее, правда. Лирика более осмысленная стала, пожалуй.

D.Akron: Развитие есть, это точно. Со звуком в этот раз всё было проще, опыт весьма помогает. Музыкой в этот раз занимался в основном господин старший дедушка A.V. Grievous, и вы оцените, что материал на голову выше и интереснее. Впрочем, смысла растекаться мыслью по древу здесь нет – берите диск и слушайте.

R.Pickman: В дополнение к вышесказанному, хочу добавить, что на этот раз мы по-другому подошли к процессу записи и аранжировке, учтя опыт предыдущей пластинки. В частности, на мой взгляд, в ней больший упор был сделан на мелодическую линию, гармонию и структуру композиций. Внесло свой вклад использование в некоторых треках акустической гитары. И, в целом, более аккуратный и последовательный подход к записи позволил выйти на другой уровень звучания / исполнения. А так, пускай судит слушатель.

— Если описать новейший диск с помощью трёх слов, то что это будут за слова?

A.V. Grievous: “Никогда не останавливаться”.

D.Akron: “All shall pass”.

R.Pickman: “Смотреть вперёд и развиваться”.

— Ваш альбом посвящён эфемерности времени или там есть ещё какие-то отсылки и тайные смыслы? И что вообще для вас эфемерность и можно ли назвать Suffer In Paradise “эфемерным фьюнерал-думом”?

A.V. Grievous: Скорее эфемерности жизни, если на то пошло. Символы стираются, храмы рушатся, боги умирают. “Vita brevis — ars longa”. Эфемерный фьюнерал дум — ха, ну, посмотрим, если станем образцом для подражания с этим релизом — возможно.

D.Akron: Время и пространство – всё эфемерно в том смысле, что всегда воспринимается через призму нашего сознания. А мы временны, и наше время уже близко. Вот вам и солипсизм, да. Мы играем, принимаем правила этого мира, но стоит нам остановиться – и что мы увидим? Всё рассыпается, как карточный домик.

R.Pickman: Жизнь конечна, и к ней вполне подходит слово “эфемерность”. Не люблю затрагивать религиозные  и философские темы, но для меня как материалиста все заканчивается за чертой смерти, и используемые на альбоме темы в лирической форме близки моему мироощущению.

— А каков основной посыл альбома? Есть ли какие-то сквозные темы?

A.V. Grievous: Посыл — не посыл, а тематика блуждания между мирами, скоротечности бытия и эскапизма пронизывают его от и до.

D.Akron: Все умрём.

Suffer In Paradise 4

— Какой трек с “Ephemere” сами считаете самым удачным и почему?

A.V. Grievous: Думаю, все по-своему хороши. Сложно выделить фаворитов и аутсайдеров.

R.Pickman: Все треки хороши, но мои фавориты это “Ephemere”, “The Swan Song Of Hope”, “The Wheels Of Fate”. Почему именно они, трудно сказать.

D.Akron: Все умрём.

— А правда, что вы уже готовите материал для третьего полноформата? Каким он будет и в чём основные отличия от первых двух? Кто станет петь чистым голосом и неужели в группе наконец появится “живой” ударник?

A.V. Grievous: На следующем диске просто обязана быть “живая” ударка. Буду играть сам или кого призовём на сессионной основе — время покажет.

Действительно, в данный момент для грядущего диска написаны три песни. Длинные, минут по 18-20 ориентировочно. Новый материал обещает быть ещё более разнообразным, но если “Эфемера” обращается к потусторонней тематике, мистике, религиозной философии, то следующий будет устремлён к иным мирам в плане “космической” тематики. Материал, возможно, несколько отходит от канонов фьюнерал-дума, но кто сказал, что мы должны неукоснительно следовать чьим-то суждениям и желаниям, играть так-то, использовать то-то, ходить в сортир по расписанию? Мы планируем использовать аналоговые синтезаторы советской эпохи для создания загадочной атмосферы, в немалой степени вдохновлённой мирами Стругацких и более современной фантастики и не только фантастики. В плане подхода к записи — все гитары будем писать по старинке, микрофоном с кабинета, а не в линию с импульсами, как первые два диска писались. Это должно придать натуральности, естественности, живого дыхания. Всех карт пока раскрывать не станем, никто не знает, что и как может случиться. Если дело всё же дойдёт до “чистого” вокала, этим займётся Пикман, у него хорошо получаются “поповские” распевы. У него действительно сильный голос, интересный тембр.

— Как будете продвигать “Ephemere” и довольны ли поддержкой своего лейбла?

A.V. Grievous: Скажем так, на данном этапе этого достаточно. Продвижением также сами занимаемся. Посильно. Кидаем ссылки в разные группы в соцсетях. Навязываться мы не хотим, мы же не телеком-компании, навязывающие свои продукты чуть ли не под угрозой расправы. В нашу эпоху доступности информации… ищущий — да обрящет.

D.Akron: Поддержкой довольны, дяде Рону привет.

— Кто сейчас приходит на концерты фьюнерал-групп и как проходят сами концерты? Не было ли случаев перехода отдельных случаев в летаргический сон?

A.V. Grievous: Ха, летаргического сна не наблюдали, наоборот, концерты проходят довольно бодро, слушатели активно общаются с музыкантами, можно сказать, все всех знают в лицо. Публика довольно разношёрстная, от кондовых металлюг до няшных тёлочек и псевдоэстетствующей хипстоты. Есть люди в возрасте. Совсем школоты не наблюдали, дум, всё-таки, музыка по большой части взрослая. Башками трясут или стоят истуканами, но подсознательный “одобрям” наличествует однозначно. Без левых пассажиров, словом. Просто так на такие мероприятия не ходят. Фриков хватает, но мы все в какой-то степени фрики.

D.Akron: Летаргического сна не видел, а вот случаи алкогольной комы случались. Ну, как говорится в одном небезызвестном интервью: “Некоторые приходят чисто поугарать” (sic!).

По мне, здесь есть некоторое противоречие. Дум подобного плана – с одной стороны это музыка личная, медитативная, как говорилось выше, которая требует некоторой вдумчивости. С другой, хочется послушать музыкантов вживую, потрясти головой, почувствовать на себе крушащие всё риффы и мощный вокал. Поэтому каждый выбирает, что ему ближе. Может, стоит просто посидеть в тёмной комнате и распробовать материал любимой группы на вкус, посмаковать, как хорошее вино – чтобы никто при этом не мешал.

R.Pickman: Касаясь темы “лайвов”, хочу заметить, что подобные мероприятия это средство общения музыкантов и их поклонников. Жанр, скажем так, не очень популярный и гиги — это дополнительно средство донесения музыки для потенциальной аудитории.

— Что-то мне вспомнилась группа Melancholy, которая поначалу пробовала играть что-то такое меланхоличное и задумчивое (хоть и не фьюнерал), а потом ребятам захотелось денег и они срочно сменили курс…. У вас не бывает такого желания? И вообще насколько сложно быть тру-андеграундом в наше время? Диски-то действительно мало кто покупает, саппорта нет почти…

A.V. Grievous: Я не против коммерческих проектов, в общем-то. Но не в таком виде. Мухи отдельно, котлеты отдельно. Создать отдельный проект и пописать другую музыку — да, пожалуйста, но не в ущерб основному. Suffer In Paradise меняется, эволюционирует, но не в угоду кошельку, а потому что мы движемся вперёд. Не знаю, насколько мы принадлежим к тру-андеграунду “по ту сторону” андеграундности звучания и способов издания. За исключением специфического круга общения (да и то — по большим еврейским) и общего дела на музыкальном поприще у нас есть работа, свои “приземлённые”, общечеловеческие дела и ежедневные насекомые копошения. Мы не живём в заброшенном доме в лесу, не проводим кровавых ритуалов, не напиваемся каждый день до потери пульса и не шляемся мрачными тенями по кладбищам. Хотя, конечно, хочется часто всё это послать и сбежать в леса жрать коренья, постигать дзен и писать эмбиент. С другой стороны, принцип “делай всё сам” — вот это про нас. Мы не пишемся на мажорных студиях, но это тоже заставляет нас совершенствоваться. Мало саппорта — ну, что ж, мы сами ступили на этот путь.

D.Akron: Каждый делает то, что ему интересно. У нас сложно чисто музыкой заработать (слышал, что и в Европе в принципе так же), поэтому если захочется денег, нужно не курс менять, а идти на рудники или галеры. На работу пошёл, чисти-чисти-чисти.

— А что для вас андеграунд? Я как-то говорил недавно с главой лейбла More Hate Productions, так он сказал, что весь метал в наше время это андеграунд, большой разницы нет. А как вы думаете, есть ли более андеграундные группы, жанры, лейблы? И стремитесь ли вы к популярности или вас устраивает всё в таком же положении, как у вас и сейчас? Вы характеризуете свою музыку как “пещерную” и “нелюдимую”, а какие вы сами по жизни?

A.V. Grievous: Да, грань сейчас стёрлась. Как в плане быта музыкантов, так и фанатов. Школьницы носят мерч Burzum ради фотки в Инстаграме и лайков. А хрен с горы, записавший пару инструментальных каверов, “похайпивший”, как модно говорить сейчас, в говнопаблике плана советов для начинающих типа ”ты говно, лучше сразу забей” и “ты пидор” и “мемасиками”, имеет армию фанатов и контракт с мажорным лэйблом. Не знаю, виноват ли Интернет. Не думаю. Люди виноваты. Мало по морде получали, видимо. Мы к какой-то особой популярности не стремимся в данный момент. Да, заявляем о себе. Ненавязчиво.

D.Akron: Можно говорить о том, что “андеграунд” и “лейбл” это в принципе понятие несовместимые. Все музыканты в принципе стремятся к тому, чтобы их слышало большее количество людей. Это даже не стремление к какой-то эфемерной “популярности”, а желание рассказать о себе и найти подтверждение, что всё делается не зря. Ну и тщеславие, да. Куда без него.

— А вообще возможно ли сочинять и играть фьюнерал-дум, будучи компанейскими и свойскими, “простыми” парнями по жизни?

A.V. Grievous: У всех есть тёмная сторона. Не существует ночи без дня и наоборот. Не назвал бы нас “простыми”, строго говоря, но проблем с социальными коммуникациями как-то не имеем. Дум, фьюнерал, ДСБМ, да и любую другую музыку играть вполне возможно. Я думаю, у кого всё реально плохо, им не до дума, хех.

D.Akron: Если ты свойский парень, значит, играй свойский дум. А если серьёзно, все мы глубокий колодец страстей и мыслей. Кто-то может выразить это одним образом, кто-то другим.

R.Pickman: По моему мнению, творец и творение не синонимичны. Я хочу сказать, что если ты играешь подобную музыку, то не обязательно должен быть прожженным мизантропом.

— Поскольку интервью первое, не могу не спросить: какого вопроса вы ждали сегодня от меня, но так и не дождались? На какую тему очень хотелось поговорить, но не вышло?

A.V. Grievous: Да многое, в принципе, можно было бы обсудить: от проблем современной физики до возникновения циклонов от вэйпов и спиннеров и пробуждения Ктухлу, но на этот раз, думаю, хватит. Все основные темы обсудили, наверное. Всё не охватишь одним интервью, по большому счёту.

D.Akron: Ну, обсудить что-то из мифологии было бы интересно.

— Надеюсь, мифология и особенно спиннеры станут темой нашей следующей беседы, а пока разрешите откланяться! Ваши пожелания тем, кто нас всё ещё читает даже до сего момента?

A.V. Grievous: Моё стандартное пожелание: выкидывайте из своих жизней биомусор, развивайтесь и пусть фьюнеральное адище останется только на дисках. Крутых дисках.

 D.Akron: Всем, кто читает – будьте сильными. То, что вы умеете читать, уже даёт вам некоторое преимущество в этом не всегда справедливом мире.

R.Pickman: Следуйте зову своего сердца.

— Спасибо за интервью!

A.V. Grievous: Вам спасибо! \m/

Suffer In Paradise 3

Вместо послесловия. (Или о том, что было после интервью)

К концу интервью у меня реально сложилось ощущение не машинной переписки посредством давли микробов на клавиатурах и передачи бездушного сигнала по мириадам километров витой пары и оптоволокна, но живого диалога в красках, лицах, с развитием философской мысли, столь близкой и знакомой порой, что в голове рисовались образы всепоглощающего эфемерного тумана из размытых теней прошлого, сгорбленных осенних деревьев, роняющих в лужи последние листья, покрытых мхом руин и прочих прелестей, воспеваемых, как оказалось, весьма интересным трио из Воронежа… Или просто реально сидящей напротив компании живых людей, не просто объединённых общим делом на поприще сохранения традиций заДУМчиво-похоронной сцены, но и подходящих к нему нетривиально и с мыслью, с которыми было чрезвычайно приятно пообщаться этим вечером. Когда все разошлись, а пустые бутылки давно грустили под столом, только A.V. Grievous странно замешкался в дверях и казался задумчивым и углублённым в себя больше обычного. Чтобы разрядить атмосферу, я выпалил в воздух:

— Ответы просто шикарные, благодарю! И всем остальным отвечавшим тоже респект и уважение! Вышло сногсшибательно — одно из самых лучших и динамичных интервью в мой практике! Ну и одно самых живых – да.

Ха, спасибо!

— Даже цитата из Тертуллиана у вас, — “Credo Quia Absurdum Est” (“Верую, ибо Абсурдно”) — шикарно, а в другом месте так вообще классика про “Vita Nostra” и “Ars Longa”, Стругацкие, Оруэлл! Слушал вас и получал прямо-таки эстетически-интеллектуальное удовольствие как от хорошей книжки, даже лучше. Кстати, я КФН (*кандидат философских наук – прим.А.И.), одно время (правда, давно) даже преподавал философию в университете, поэтому мне было очень приятно увидеть настолько живую мысль в ответах, — да ещё так грамотно написанных ответах!

Неудивительно, что КФН интересуется металлом. Я вот неудавшийся КХН, Акрон — неудавшийся КБН. (кандидат химических наук и кандидат биологических наук соответственно – прим А.И.) А грамотность — ну, возможно, это показатель, что в голове есть какие-то причинно-следственные связи. Иногда прочитаешь в интернете "высер" и думаешь — блин, да у тебя в голове муравьеды сношаются, молчал бы. Но, как правило, слышно именно "таких". Гремит то, что пусто.

— Ну, в наше время “удасться” в этом плане тяжело. Одни ВАКовские статьи (*ВАК – Высшая Аттестационная Комиссия – прим. А.И.) сколько сил (и денег) отбирают. А попутно сколько заморочек….У меня всё получалось, даже был редактором научного журнала по философии, но потом надоела постоянная подковёрная борьба и интеллектуальная грызня с коллегами и бросил всё это дело, не стоит оно того. Чтобы дорасти до ДФН (доктор философских наук) и профессора нужно ой как напрягаться…

Нужно жить этим. А жрать в аспирантские годы мне тоже хотелось. А академик (кислых щей), у которого я работал, обещал-обещал, а заплатил пять тысяч за полгода. В 10-м году. Ну, я плюнул и сбежал.

— Вот я тоже всё это бросил в 10-м году. Точнее в конце 09-го. В 10-м с 1-го января уже был свободен как птица и спокойно сидел в интернете сутками, не заморачиваясь никакими походами на кафедру, студентами и сроками сдачи номера журнала в печать. Совсем не пожалел, что так сделал. Кстати, сейчас есть такое мнение, что металлисты — это обязательно дебилы, которые только пьют, нигде не учатся, грустно такое слышать от самих же металлистов. Однако вдвойне приятно встречать исключения. 🙂

Вот я как-то тоже. Но порой ночами снится школа. Свидетельство о подсознательном недостатке образования? Часто так оно и есть. Но не всегда. А порой бывший "труэ"… превращается в хипстера со всеми вытекающими — от этого тоже тошно.

(Это про дебилов-металистов).

— Вот в точку. Мне не порой, а постоянно школа снится. Или училище (я до универа ещё умудрился в педагогическом училище поучится и даже закончил с красным), иногда —  универ. Самообразование не надо забрасывать, это да. Может быть, такие сны свидетельствуют о том, что вся наша жизнь – это один бесконечный урок, только кто-то учится, а кто-то – нет. Я бы и сейчас учился, хотя после школы провёл за партой аж 10 лет – учился бы, но возможности нет уже.

Вот-вот. И система образования меняется. Я бы пошёл на биофак (капитал есть кое-какой), но как рассказывают, там изучают влияние святой воды на плодовитость рыб нынче. Не-не-не, ребят. Нет практик, меньше преподавателей, у которых реально хочется учиться. Нет, в конце концов, той атмосферы, которой я в своё время бредил.

— Да, “преподы” мельчают. Уже в 2010-м году было заметно хуже, чем в 2005-м или 2002-м. Тенденции не утешительные, увы. Мне повезло учиться исключительно своим умом, я и поступил в универ и аспирантуру бесплатно и учился бесплатно. А кто-то уже в те годы учился в таких условиях и таких университетах, в которых было нереально без взяток — вот это уже не то. Так учиться я бы не хотел и не стал бы. А в обучении личность преподавателя очень важна.

Вот абсолютно то же самое. Всё своими извилинами. А сейчас — взятка на взятке. Борьба, блин, с коррупцией у них. Дипломы — для галочки. Тьфу! Высшее образование — это, мать вашу, не то, сколько ты часов на жопе просидел, а как ты воспринимаешь этот мир. Этого, к сожалению, не понимают.

Suffer In Paradise 2

На этой глубокомысленно-патетичной и многозначительной ноте мой собеседник растворился в предутреннем тумане, а я остался наедине с чашкой недопитого кофе и полупустой канистрой портвейна. Вот ведь какие они — апологеты Задумчивого Металла XXI века, – подумалось мне, и я с энтузиазмом отхлебнул из канистры. Кому-то многое в их речах будет непонятно и странно, а кто-то узнает себя и внутреннее порадуется. “Физики” всегда враждовали с “лириками”, а интеллигенты с “рабоче-крестьянской прослойкой”, но сейчас все эти различия пора забыть во имя того страшного и неумолимого фатума, который несёт всем нам стремительное разрушение цивилизации с неминуемо сопутствующей ей деградацией. Давайте противопоставим ему свой бастион и послушаем наконец “Ephemere”, он того заслуживает! Можно ещё разок не спеша прочитать это интервью, но на этот раз уже под музыку и с учётом немного выпавшего из контекста послесловия. И спасибо титанам из My Dying Bride, Paradise Lost, Phlebotomized и Winter за наше счастливое заДУМчивое ДЭТство.