“Смотри, как прекрасна моя боль!” Интервью с Decadence Dust

Деятельность и творчество Анны Ващило в последнее время ассоциируется у слушателей по большой части с готическим супер-проектом The Lust, однако у Анны ещё задолго до присоединения к команде Яна Федяева был и свой собственный коллектив, у которого сейчас, наконец, вышел дебютный полноформатник. Нежный, атмосферный и мелодичный готик-метал в исполнении Decadence Dust имеет не только общие черты и сходства с последними дисками The Lust, но и ряд важных и существенных отличий, о которых мы и поговорим сейчас с Анной Ващило и Александром Каргаевым в нашем эксклюзивном интервью.

Алексей: Здравствуйте, Анна и Александр! Поздравляем вас с выходом первого альбома вашего проекта Decadence Dust! Какие у вас мысли и чувства в этой связи? Результат вышел именно таким, как вам и представлялось?

Анна: У меня не было конкретных представлений о том, каким должен быть этот альбом. Он должен был быть разве что честным и откровенным – и с этим требованием к себе мы все справились. Чувства от выхода пластинки – освобождение. Материал выдержанный, тщательно отобранный, он давно просился наружу – 4 года мы над ним работали, если быть точными. Такая легкость, что теперь он не томится в ожидании своего часа.

Александр: Для меня результат превзошел все ожидания. С самого начала было ощущение, что мы делаем интересную работу. Но все проблемы и случайные озарения, все люди которые приняли участие в работе над альбомом, вся эта мозаика сложилась в правильном порядке и дала нам возможность выпустить целостный и сильный альбом.

Виктория: Что означает название альбома, что это за “Восемь мечей”?

Анна: «Восьмерка мечей» - это одна из карт колоды ТАРО, младшие арканы. Меня давно занимает символика ТАРО и как-то она сама просочилась в один из текстов – текст заглавного трека “Eight Of Swords”. Саша оценил этот ход, и мы решили превратить его в концепцию всей пластинки.

Алексей: Как вы относитесь к гаданиям на картах Таро и верите ли в фатализм всех этих действий, о котором многие говорят (считается, что Таро “скрепляют нити судьбы”, и после того, как карты показали и предсказали что-то, всё в реальности будет именно так и никак иначе)?

Анна: Я далека от каких-либо гаданий и предсказаний вообще. ТАРО для меня  –  это набор архетипов и архетипичных ситуаций, жизненных коллизий, выраженных в символах. Пользуюсь ими я исключительно, как метафорическими картами (есть такой инструмент в психологических практиках). Грубо говоря, как всем известный тест Роршаха. Ты всматриваешься в карту и пытаешься сформулировать – что она для тебя значит, про что она для тебя. Это не предсказание, а прояснение того, что уже сложилось в твоей голове, здесь и сейчас. Завтра этого уже может не быть, потому что психика пластична и способна к пересмотру установок. Так что никакого фатализма.

Виктория: Вам действительно часто выпадает “восьмёрка мечей”? И как обычно вы интерпретируете этот знак применительно к себе и к своей жизни?

Анна: Давайте уйдем от буквальности. Я «выбросила» себе «Восьмерку мечей» в символическом смысле. Пока писался альбом, это был лучший образ, который охватывал все, что чувствовалось. Для меня эта карта оказалась про личные чувства, обращенные в прошлое, которые мешают двигаться вперед. Это неразрешенные вопросы, неосязаемые и нематериальные преграды, вырастающие перед человеком острыми мечами. Угрозы нет, но и путь закрыт.

Обращение к «Восьмерке» - это попытка посмотреть на испытываемые чувства сверху. Дать оценку собственным эмоциям. Второй пласт рефлексии.

Алексей: Свойственны ли вам вера в судьбу? И как думаете, волен ли человек сам менять свою судьбу и есть ли у него возможность противостоять силам рока и фатума?

Анна: Судьбы нет. Рока нет. Фатума нет. Точка. У меня и в текстах это убеждение отпечатывается: на нашем дебютном EP в треке “God Or Gun” есть считалочка от 1 до 8, заканчивающаяся фразой “no fate”.

Я верю, что мы следуем определенной программе, нами же написанной, но если ты анализируешь эту программу, то можешь менять пластинку. Если не анализируешь и не берешь на себя за это ответственность – то конечно, все выглядит, как рок, фатум и фаталити.

Кстати, тут подумалось, что число 8 у меня не первый раз в лирике проскальзывает. В THE LUST есть одноименная песня “VIII”. Что бы это значило…

Виктория: А альбом “Eight Of Swords” в целом утверждает, что фатальность может быть преодолена или призывает смириться с существующим положением дел и не спорить с судьбой?

Анна: Альбом ни к чему никого не призывает. Альбом – это ящик Пандоры, в котором собрались внутренние сложные чувства. Я просто выпустила их, облачив в красивые метафоры. Альбому плевать на чужое ощущение фатальности, чужой жизненный выбор, как и мне. Призывать к чему-то кого-то – это быть неравнодушным, тащить на себя одеяло, выступать «учителем». Нет, спасибо. Уверена, каждый сам разберется, без призывов.

Алексей: Есть ли у альбома какая-то общая и сквозная концепция, и как этот генеральный месседж было бы правильнее всего выразить и оформить в слова?

Анна: Вот послание, в отличие от призывов, в альбоме точно есть, как в любом высказывании. Я думаю, его можно сформулировать: «Смотри, как прекрасна моя боль». Или «Ты подарил мне страдание, а я его ношу, как лучший свой наряд». И если дальше разматывать этот клубок и добавлять новые измерения: то не это ли страдание я просила у жизни, чтобы «украситься» им. Тут я остановлюсь, наверное, чтобы не утягивать всех в психоанализ.

Виктория: Как бы вы охарактеризовали “Eight Of Swords” тремя словами? Какой этот альбом?

Анна: отчаянный, злой, красивый.

Александр: мелодичный, монолитный, искренний.

Алексей: Что вдохновляло на такие эмоциональные песни боли, тоски, отчаяния и мазохизма? Насколько все эти темы и острые углы на альбоме связаны с какими-то конкретными жизненными ситуациями из вашей жизни?

Анна: Они определенно связаны, но я не буду их предъявлять слушателям в их реальном виде. Достаточно того, что эти события предстали в художественном облачении в альбоме. Реальная реальность скучна, психическая реальность – волшебна.

Виктория: Присутствует ли в ваших песнях какой-то лирический герой или в данном случае всё повествование идёт от первого лица и полностью тождественно вашим мыслям и переживаниям?

Анна: Ну, в любом случае это именно лирический герой, в уста которого вложены слова, в голову – чувства. Потому что я развиваюсь и иду дальше, а он теперь навсегда в «Восьмерке мечей» запечатан. Отождествляться с ним долго не получится.

Алексей: Есть ли какие-то принципиальные отличия в подходе к сочинению лирики для Decadence Dust и The Lust? Можно ли назвать тексты Decadence Dust более естественными и жизненными, более натуральными, а Ваши тексты для The Lust наоборот более стилизованными и художественными?

Анна: Нет, нельзя. Что бы ты ни делал – ты делаешь себя.

Виктория: Анна, почему Вы решили так кардинально сменить свой имидж и не жаль было ли расставаться с такими роскошными длинными волосами?

Анна: Все течет и меняется. Города строятся, люди рождаются, песни пишутся, а волосы стригутся. У меня нет однозначного ответа на вопрос «почему». Тем более, я же не как Бритни Спирс в одночасье импульсивно обрила голову. Сначала была срезана длина, потом еще срезана, потом окрашена, потом еще срезана. Просто, видимо, внимание к группе припадает раз в год в момент выхода альбома – и для кого-то эти метаморфозы вокалистки внезапны. Для меня – это просто процесс.

Алексей: Теперь не бывает сожалений о Ваших прежних длинных волосах, не хочется вновь вернуться к своему прежнему внешнему виду?

Анна: Я в каком-то смысле к «прежнему виду» и возвращаюсь. Я была блондинкой 17 лет, потом года 4 ходила с огненно-красными волосами, потом еще десять брюнеткой. Сейчас снова отрастает свой родной блонд. Года через два будет привычная вам длина.

Виктория: Такое обновление имиджа и внешнего вида как-то повлияло на Ваше восприятие себя, на отношение к музыке, к работе над песнями?

Анна: Для меня есть два типа людей. Одни меняют внешность, чтобы почувствовать себя обновленными. Другие чувствуют себя обновленными и потому меняют внешность. Второй случай – мой. Поэтому, отвечая на вопрос: имидж не повлиял на восприятие себя, а восприятие себя повлияло на имидж.

Алексей: Вы можете сказать, что новый имидж и новая причёска помогли Вам начать чувствовать себя более комфортно, помогли Вам ещё ближе подойти к себе настоящей?

Анна: Я думаю, что все этапы, которые мы проходим – настоящие. Просто они разные и мы разные в них. В этом и красота – в мерцании и переменах.

Виктория: Так вышло, что альбом Decadence Dust увидел свет после самоизоляции, связанной с распространением коронавируса, стоит ли думать, что процесс подготовки релиза ускорила и смотивировала самоизоляция и появившееся свободное время, а так бы мы ждали диск ещё года три?

Александр: Да, естественно. Вынужденный карантин высвободил много свободного времени и нерастраченной энергии и это позволило быстрее доделать песни и устранить все мелочи и шероховатости по сведению. Но альбом вышел бы в любом случае в 2020 году, только вероятно позднее - осенью или зимой.

Алексей: Есть ли у вас одна самая любимая песня на альбоме, и если “да”, то что это за песня и почему выделить можно именно её? 

Александр: Самой любимой песней для меня стала “Dead Within”. Пожалуй, это самая холодная песня на альбоме, с низким вокалом, множеством контрастных частей и готической атмосферой.

 Виктория: Работать над какой из песен было сложнее всего? Какая из композиций с “Eight Of Swords” оказалась самой выстраданной и наболевшей?

Александр: Дольше всего окончательную форму обретали быстрые и хитовые песни альбома : “Doppelganger” и “Another Fool”. Поскольку эти песни были сочинены для альбома первыми, именно на них обкатывались идеи по аранжировке и общему стилю альбома. От полностью электронного звучания мы постепенно перешли на гитарно-ориентированные версии этих песен. И как результат - многослойные аранжировки, разнообразный бэк-вокал, множество гитарных мелодий и дополнительных сэмплов.

Алексей: Как считаете, можно ли сравнивать The Lust и Decadence Dust и как думаете, у какой из групп всё-таки материал выходит интереснее, сильнее и профессиональнее?

Анна: Мне не очень интересно рассуждать о своих проектах в категориях «интереснее, сильнее, профессиональнее». Обе команды на высочайшем уровне звучания и работы над материалом. Но они разные для меня. THE LUST - многослойный и полифоничный. Там работает от 5 до 7 музыкантов над каждым альбомом, включая постоянных участников и приглашенных гостей. Это от 5 до 7 разных творческих ДНК в треках. DECADENCE DUST строгий и размеренный, здесь все контролируют и подчиняют своему замыслу два человека: мы с Сашей. Разные подходы, разный результат. Оба впечатляют.

Александр: Для меня это разные группы, со своим настроением, подходом к звуку и построением композиций.

Виктория: Огорчают ли вас сравнения и параллели между этими двумя вашими коллективами и хотелось ли бы вам, чтобы они прекратились?

Анна: Наверное, на этом этапе сравнения неизбежны. Человеческий мозг вообще любит искать сходства и подобия. Это самое простое, что можно делать с информацией. Слушаешь новую для себя группу и такой «о, да это похоже на Найтвиш», или на Театр Трагедии, или на еще что-то ранее услышанное. И сразу новые данные получили свою категорию в голове. Куда труднее искать различия и переписывать категории.

Александр: Не вижу большой проблемы в том, что наши группы сравнивают. Это естественно, поскольку Анна поёт в обоих проектах и обе группы работают в направлении готического металла. У нас нет соперничества в музыкальной или какой-то еще сфере, наоборот мы сотрудничаем и поддерживаем друг друга в различных ситуациях.

Алексей: Будет ли Decadence Dust полноценной концертирующей командой, когда ограничения из-за коронавируса будут отменены, и планируете ли вы уже презентацию альбома?

Анна: Мы студийный проект. Полноценный студийный проект. Будет круто, если музыкальный мир когда-нибудь смирится, что не все музыканты мечтают о концертах и презентациях. Нам как-то ближе само творчество, чем перфомансы.

Виктория: Есть ли у вас уже планы и задумки по поводу второго альбома Decadence Dust? Будет ли он записан в точности в том же стиле и с тем же звуком?

Александр: Да, мы уже начали работу над новым альбомом и какие-то общие элементы с “Eight Of Swords” на нем, естественно, будут. Музыкальное развитие будет скорее эволюционным, нежели революционным. Но мы постараемся не повторяться и представить совершенно новый альбом через два-три года.

Алексей: А теперь несколько совсем простых вопросов, на которые можно отвечать одним словом:

- “Aegis” или “Forever Is The World”?

Александр: “Assembly”

Анна: “Aegis”

- Карма или судьба?

Анна: выбор и личная ответственность

- Тропики или Арктика?

Анна: средние широты

- Активный отдых или спокойствие и размеренность?

Анна: спокойствие и размеренность

- Чай или кофе?

Анна: чай

Александр: кофе

- Декаданс или возрождение?

Анна: декаданс

- Психология или медитация?

Анна: психоанализ

Виктория: Какими словами Вы хотели бы завершить это интервью и обратиться к тем, кто дочитал нас до конца и поддерживает Ваше творчество?

Анна: Круто, что дочитали! Но лучше альбом послушайте.

Александр: Мы очень благодарны людям, которые слушают нашу музыку и всячески нас поддерживают. Для нас это очень важно.

Алексей, Виктория: Спасибо за интервью!

Анна: Спасибо!

Александр: Спасибо!

Алексей “Astarte Eel” Иринеев, Виктория “Caracal” Озёрная

Эротизм и жестокость. Интервью с Анной Ващило (The Lust) "Всех нас к чему-то тянуло" или "групповуха из стилей". Интервью с группой Delorian Domain "Собирательный образ всей дарк-музыки". Интервью с группой V-Ego Война за человечность. Интервью с Your Greed’s Cancer Испытание за ошибки из прошлых жизней. Интервью с The Lust “Уводя все дальше в пучины неизведанного” Интервью с группой Mephisteria