Рецензия на сингл проекта ИльинК "Последняя тризна"

Сетевой и нейросетевой one-man-проект ИльинК продолжает свои мрачные изыскания на тему предельно ужесточённого Manowar времён их классики «Hail to England» и выбрасывает на просторы мировой паутины очередной сингл по теме своей актуальной языческой трилогии, вдогонку к которой готовится масштабная книжная эпопея. Но какой же Manowar без красивой и звучной баллады? И где были бы Manowar, если бы не радовали нас «Гайаной», «Дифендером», «Стальным сердцем» и «Повелителем ветра»? Вот и ИльинК воспринимает мановаровский прото-викинг-эпик-метал именно так, придерживаясь в целом именно таких пропорций, когда дело доходит до полноформатных альбомов.

Много боевых и качёвых вещей, много ярости и гнева, а затем приходит время проникновенной, вдумчивой и медленной вещи, но «Последнюю тризну» всё-таки не назвать такой уж балладой и таким уж медляком. Мир в нынешнем творчестве ИльинК предстаёт в категориях ожесточённой борьбы всех против всех. Если бы предводитель и единственный участник проекта Константин Ильин был древнегреческим философом, на основной вопрос философии он наверняка дал бы предельно лаконичный и жёсткий ответ, указав на то, что бытие есть вражда, и именно таким настроением проникнуты его инспирированные событиями 988 года н.э. музыкальные опусы. Не баллада, но тогда что?

«Последняя тризна» — это, скорее, предельно замедленный и задумленный эпик-викинг-метал в традициях тоже стоявших у истоков жанра Bathory с их самым характерным треком в данном направлении «One Road To Asa Bay» и таких отечественных групп, как Северные Врата времён их альбома «Отчизна». ИльинК предлагает нам максимально думовый, неспешный и углублённый в вязкие глубины трагедийного чернозёма трек, где речь идёт об очень драматических и трагичных вещах. С чувством, с толком и с расстановкой он рисует мрачную картину истребления язычников и их стойкости, делая это с таким чувством и с таким нажимом, что просто «ух!». Дух захватывает от опасности и высоты, взятой автором траектории сюжета и от кинематографичности композиции.

В первую очередь, «Последняя тризна» это просто хорошая хэви-песня в лучших традициях Virgin Steele и, скажем, Judas Priest, но этим дело совсем не ограничивается. Тут есть и глубина, и концепция, и идеология, и литературность, и поэзия, и много чего ещё. «Последняя тризна» — это не сентиментальный медляк, но своей особой сентиментальности тут более чем достаточно. Мне очень нравятся текстовые находки Константина, вот это его такое трогающее за душу и поэтичное «Мой брат не любил, когда хлеб подгорает, и долго возился с замком у дверей, о нём говорили, он не отступает, а я вспоминаю спасённых грачей», которое он так элегантно вставляет в песню, и «Последняя тризна» это действительно очень поэтичный и проникновенный номер, в котором очень много личного и сокровенного.

«Последняя тризна» — это фолк-метал, но в то же время это эпик-метал в лучших традициях Virgin Steele, Brocas Helm и Sorcerer. Дум, пауэр, фолк, этно, хэви-метал и эпик-метал сплетаются тут воедино и создают интересный и масштабный узор с хорами, разговорными вставками, внушительной литературной основой и предельно замедленным темпом, который так сложно выдерживать, по признанию гитаристов My Dying Bride. Славянский эпик-дум в интерпретации ИльинК поражает своей глубокой кинематографичностью, и его «я буду сажать у развалин сады» на самом деле звучит и впечатляет своей непримиримой жаждой всё-таки отстоять свою точку зрения и свою правоту уже за пределами вражды. В конце концов огонь и непрощение преодолеваются верой, глубиной, человечностью и способностью сострадать, пусть и вырастают они на почве горячей непримиримости.

Вся эта песня целиком соткана из боли, зияющих ран, тоски, несогласия с вопиющей несправедливостью и ревущей злости, и это действительно очень характерно для нынешнего языческого ИльинК, который ставит свою вражду и желание вражды на очень внушительный и прочный фундамент тоски-боли-несогласия-жажды правды-обиды-кровной мести. «А тому, кто ударит тебя по правой щеке, подставь левую» — говорят идеологи христианской религии. «Есть вещи, которые нельзя прощать» — говорят язычники и их древние идолы, и ИльинК однозначно за вторых. Константин восхищается красотой и правдой родной природы, зовёт назад к истокам в языческие кущи и таким образом буквально рисует музыкальную утопию, в которой древние рощи и истуканы древних возвращаются к жизни.

Но даже в такой эпичной, возвышенной и высокодуховной «Последней тризне» слышится ясный голос враждующей и не желающей примирения боли, что и является характерным для стиля ИльинК. Интересно отметить, что рецензию на «Последнюю тризну» я пишу глубокой ночью, а пару часов до этого, поздним вечером я рецензировал последний на данный момент и готовящийся к выходу трёхтрековый EP христианской дарк-дум-группы Монотеист, который посвящён концу христианского мира, крушению всех основ и попранию святынь в преддверии Апокалипсиса и последнего конца всего. Там накал страстей, горечь, боль, концентрация жёстких и враждебных настроений тоже просто зашкаливают, и что это, как не примета времени и не характерная черта современности и специфически современного восприятия реальности?

«Сегодня все боятся всех, и все воюют кругом, и скоро ты того не зная, чьим-то станешь врагом» – пел в свои классические времена Анатолий Крупнов, но ИльинК возводит эту боль и враждебность в настоящее искусство, о чём как раз и свидетельствует нам «Последняя тризна», местами по настрою и звучанию напомнившая мне любимейших Lake Of Tears с их прекрасным эпиком «The Path Of The Gods Part II». Целая летопись в одной композиции и целая жизнь в относительно небольшом музыкальном треке. И всё это с размахом не меньше, чем в «The Path Of The Gods Part II», «Guyana» и в «One Road To Asa Bay», но на русском и на таком понятном нашему человеку языке образов и ценностей. Тёмное и экзистенциальное фэнтези ИльинК действительно трогает и вызывает интерес, а это главное. После прослушивания «Последней тризны» хочется узнать об этих героях больше, и я открываю «Эхо забытых богов» — первую книгу масштабной дарк-фэнтези-трилогии.

Алексей "Astarte Eel" Иринеев